Лирические отступления в поэме Н. В. Гоголя «Мертвые души»
В поэме Н. В. Гоголя соединены два начала - сатирическое обличение современной писателю социально-политической реальности и утверждение добра, красоты и творчества как основ бытия. Первое из них связано с событийным рядом, а второе представлено в первую очередь в лирических отступлениях. Автор даст в поэме развернутое описание социального быта России, показывает на примере шести помещиков и десятка чиновников удручающее нравственное состояние привилегированной части русского общества, по в то же время в своих отступлениях говорит о изначальной красоте человеческой души, прославляет творческие силы русского парода, высказывает веру в великое будущее России. Идея о изначально чистой и благой природе человека - один из ведущих мотивов в мировоззрении писателя. Боль о человеке, полностью утратившем духовность, с особой эмоциональной силой звучит в авторском комментарии, посвященном Плюшкину (шестая глава): «И до какой ничтожности, мелочности, гадости мог снизойти человек! И похоже это на правду? Все похоже на правду, все, может статься с человеком. Нынешний же пламенный юноша отскочил бы с ужасом, если бы ему показали его же портрет в старости». Далее автор указывает тот единственный путь, который может сохранить душу от тлена, не позволит человеку стать живым мертвецом наподобие Плюшкина: «Забирайте же с собою в путь, выходя из мягких юношеских лет в суровое ожесточающее мужество, забирайте с собою все человеческие движения, не оставляйте их на дороге, не подымете потом!» Эпизод, связанный с Плюшкиным, автор предваряет элегическими воспоминаниями о собственной юности, о годах «невозвратно мелькнувшего детства». Писатель сетует па то, что и его душа не избежала мертвящего воздействия времени - ведь прежде всякое повое впечатление поражало его, «ничто не ускользало от свежего тонкого внимания». С темой юности связано и мимолетное размышление о значении мечты и «блистающей радости», озаряющей жизнь, в связи с описанием случайной дорожной встречи Чичикова с юной блондинкой. Гоголь был убежден, что только через отрицание безобразного и уродливого может быть проложен путь к осознанию истинных основ жизни. Эта позиция автора отражена в лирическом отступлении вначале седьмой главы. Если цель писателя - создавать прекрасные характеры, скрывая «печальное в жизни», срывать рукоплескания, парить над миром («Нет равного ему в силе - он бог!»), то «не таков удел, и другая судьба писателя, дерзнувшего вызвать наружу... всю страшную, потрясающую тину мелочей, опутавших нашу жизнь, всю глубину холодных, раздробленных, повседневных характеров...» Некоторые отступления посвящены осмеянию «типы мелочей». Так, писатель делит всех чиновников на «толстых» и «топких», признавая большую приспособленность «толстых» к жизни: «Увы! толстые умеют лучше на этом свете обделывать дела свои, нежели тоненькие. Тоненькие... виляют туда и сюда; их существование как-то слишком легко, воздушно и совсем ненадежно. Толстые же никогда не занимают косвенных мест, а все прямые, и уж если сядут где, то сядут надежно и крепко, так что скорей место затрещит и угнется под ними, а уж они не слетят». Противопоставляются, конечно, не физические, а психологические свойства людей. Автор рисует на примере «толстых» и «топких» два типа социального поведения. «Толстые» - приобретатели и накопители, для них важны не наружный блеск и минутные забавы, а серьезная служебная карьера, существенные, крупные приобретения - дома, угодья (варианты этого типа представлены в образах Коробочки, Собакевича, Чичикова); «топкие» же - транжиры, прожигатели жизни, спускающие, «по русскому обычаю, на курьерских все отцовское добро» (Ноздрев). Мимоходом отмеченная деталь - «по русскому обычаю» - свидетельствует о несколько более добродушном и снисходительном отношении автора к «тоненьким» (транжирам), чем к «толстым» (накопителям). Это подтверждается и общим смыслом обличения Чичикова, в котором соединились самые отвратительные черты современной русской жизни: служение «копейке», безудержная тяга к приобретательству. Миру продажных и ленивых чиновников, тупых и жадных, духовно омертвевших помещиков, «типе мелочей» противопоставлен в поэме романтический образ созидающего, нравственно и духовно здорового, одаренного русского народа, величественный образ самой Руси. Всяким народ, «полный творящих способностей души», отличается «каждый своим словом», но, по Гоголю, «пет слова, которое было бы так замашисто, бойко, так вырвалось бы из-под самого сердца, так бы кипело и животрепетало, как метко сказанное русское слово». Через всю поэму проходит образ дороги, который наполняется у Гоголя многообразием смыслов. «Дорога Чичикова» - это чередование удач и катастроф, движение по замкнутому кругу, путь в никуда. «Дорога автора» - это дорога творческого постижения жизни. В завершающем поэму лирическом отступлении образ-символ дороги раскрывает главное свое содержание: автор пишет об историческом движении России в неведомое будущее.
Тем временем:
... Женщина в белом подтверждает эти сведения с улыбкой человека, которому известно все. Можно подумать, она знает мельчайшие подробности моей жизни. Я несколько раздраженно говорю ей об этом. - Я, возможно, знаю о вас больше, чем вы сами, - бросает она, выходя из комнаты.
По телефону я, как мог, успокоил всех, кто тревожился обо мне, друзей и близких. Я и не думал, что их так много. Большинство из них обращались ко мне, только когда им надо было что-нибудь бесплатно отксерить. Медсестра принесла мне ужин. Как они могут говорить о "больнице с человеческим лицом", если пичкают; едой, от которой отказалась Международная Амнистия? Позже вечером я позвонил, чтобы медсестра унесла переполненную мочой "утку", с которой я не знал, что делать. Как все прикованные к постели, я ненавижу эти, интимные отношения с женщиной, которую я едва знаю. Даже моя мать, пока была жива, не видела ничего подобного, и мой случайные парижские подружки никогда не слышали, даже как я чихаю. - Не смотрите телевизор слишком поздно, а то мне придется прийти его выключить. - Вы слишком серьезно играете свою роль" мадам... мадам... - Жанин. - Благодарю вас за все, что вы для меня сделали, мадам Жанин, но телевизор усыпит меня гораздо быстрее, чем ваши таблетки. К тому же у меня ощущение, что я выспался на десять лет вперед. Она поворчала немного, я улыбнулся в ответ. Внезапно я осознал, что она порхает вокруг меня с самого утра, без сна и отдыха. - Я сидела с вами всю предыдущую ночь, пока вы были в коме. У нас маленькая больница, господин Обье, одна моя коллега больна, другая в отпуске. Если бы прошлой ночью вы болтали поменьше... Я не успел спросить, что она имела в виду, как она уже исчезла за дверью, бросив на меня хитрый взгляд. Сколько себя помню, мне никто не говорил, что я разговариваю во сне, - ни в пансионе, ни в моей холостяцкой берлоге, куда я иногда приводил страдающих бессонницей красавиц. В течение этих ужасных часов у меня в голове, должно быть, хороводом кружились кошмары...
