Это может быть только Георг Фогель, Петер Дингельдайн или я, потому как мы трое - самые старослужащие. Ты должен устроить, чтобы тех двоих услал..
x x x Сын Кронида, владыка, рожденный Лато!..
- Тень Святослава скитается не воспетая, писали вы мне когда-то. А Владимир? а Мстислав? а Донской? а Ермак? а Пожарский? Истории народа принадлежит поэту"...
Пьеса Н. В. Гоголя “Ревизор” впервые была поставлена 19 апреля 1836 года в Петербургском Александрийском театре. Николай I заметил: “Ну, пьеска! Всем досталось, а больше всего — мне!” Позже, в “Авторской исповеди”, Гоголь скажет: “В “Ревизоре” я решился собрать в одну кучу все дурное в России... все несправедливости, какие делаются в тех местах и в тех случаях, где больше всего требуется от человека справедливости, и за одним разом посмеяться над всем”. Перед нами современная Гоголю эпоха. На сюжет, подсказанный Пушкиным, Гоголь создал глубоко правдивую комедию, проникнутую острым юмором, действительно, свалив “в одну кучу” всех чиновников, во главе с городничим, их жен и детей, купцов, мещан, полицейских и других обитателей городка, растревоженного, как муравейник случайно попавшим в него жуком, известием о приезжем чиновнике — вероятно, ревизоре. Маленький, захолустный городок, где царит произвол и нет даже полицейского порядка, где власти образуют корпорацию мошенников и грабителей, воспринимаются как символ всей николаевской системы. Эпиграф — “На зеркало неча пенять, коли рожа крива” — обобщающий, обличительный смысл “Ревизора”. Весь строй пьесы давал понять, что захолустный город, из которого, как сказал городничий, “хоть три года скачи, ни до какого государства не доедешь”, есть только часть громадного бюрократического целого. Реакционеры кричали, что сюжет неправдоподобен, считая нереальным, чтобы такой тертый калач, как городничий, мог принять промотавшегося в дороге трактирного денди, “сосульку”, “тряпку” за ревизора. Но такие случаи были нередки. Подобным образом однажды Пушкина в Нижнем Новгороде приняли за ревизора. Главная причина, заставившая всех проворовавшихся чиновников принять Хлестакова за ревизора, — это страх, затуманивший глаза. Городничий, плут первого разряда, неглуп, но он боится, что его разоблачат, отсюда его слепота по отношению к Хлестакову. В комедии правдиво раскрыта психология и характеры людей, которых в жизни можно было встретить нередко. Хлестакова принимают за крупного чина только потому, что он “не платит и не едет”. Городничий дает Хлестакову деньги и радуется, что сумел сунуть взятку, это значит, что Хлестаков “свой”, т. е. такой же взяточник. Картина всеобщего мошенничества, взяточничества и произвола видна через реплики чиновников (больных морят голодом, у солдат под мундирами нет не только нижнего белья, но и даже рубах, деньги, собранные на церковь, пропили и проели. Решили объявить, что церковь построили, но она сгорела). Все чиновники — порождение вековой бюрократической системы, никто из них не чувствует своего гражданского долга, каждый занят своими ничтожными интересами, духовный и нравственный уровень их крайне низок. Судья Тяпкин-Ляпкин не заглядывает в бумаги, потому что не может разобрать, где правда, а где неправда. Многолетняя волокита и взятки — таков суд в этом городе. Смотритель богоугодных заведений Земляника давно махнул на все рукой, он знает о воровстве в больницах, но ему нет дела до людей. Он заявляет: “Умрет, так умрет, если выздоровеет, то и так выздоровеет”. Проныра и плут Земляника еще и доносчик, он доносит мнимому ревизору на своих коллег. Доносы при Николае I были в большом ходу. Смотритель училищ Хлопов — запуганное существо, он считает, что тупые учителя приносят больше пользы, потому что безвредны и вольной мысли не допустят. Почтмейстер вскрывает чужие письма (намек на шефа жандармов Бенкендорфа). Образ Хлестакова — один из самых ярких созданных Гоголем. Характер Хлестакова совершенно новый в литературе. “Хлестаковщина” стала именем нарицательным. Хлестаков — наивный баловень, пустейший дворянчик, прожигающий средства своего отца-помещика. Он пустышка, “без царя в голове”, и он же воплощение нахальства. У него “легкость необыкновенная в мыслях”. “Он просто глуп, — писал Гоголь, — болтает, потому что слушают, врет, потому что хорошо поел и выпил хорошего вина”. Он легко переходит от фанфаронства к трусости, от заносчивости к унижению. Всеми его поступками руководит мелкое тщеславие, самое главное для него пыль в глаза пустить. Он может совершить любую подлость, потому что не имеет понятия о добре и зле. Он и игрок, и подлый волокита, и взяточник, и крепостник (слуга голодает, ему это безразлично). Он врет, а все видят в этом вранье исполнение своих заветных желаний, их не шокирует, когда он, завравшись, хватит лишнего. На втором плане в пьесе: купцы, мастеровые, полицейские — вся уездная Россия. Типичность персонажей Гоголя в том, что городничие и держиморды будут при любом режиме. В изображении характеров Гоголь развивает традиции Грибоедова и Пушкина. “Ревизор” и сейчас не сходит со сцен наших театров.
Источник:http://www.litra.ru/
Тем временем:
... Это может быть только Георг Фогель, Петер Дингельдайн или я, потому как мы трое - самые старослужащие. Ты должен устроить, чтобы тех двоих услали на заготовку фуража - тогда фельдфебелю придется назначить меня. Йонас вытаращил глаза. - И во время этой поездки ты намерен ускользнуть у старика из-под носа? Ну нет, ты точно спятил! На это Шубкель, который все хорошенько обмозговал, возразил: - Говорю же, тебе не о чем беспокоиться. До сих пор, из дружеского расположения, ты защищал меня от назначения в караул, а теперь - опять-таки из дружеского расположения - я прошу тебя это устроить. Тебе ничто не грозит, а я буду по гроб жизни благодарен и обещаю оказать любую услугу, какой ты от меня потребуешь. Теперь Йонас сообразил, что Шубкель не шутит, и его даже пот прошиб. - И ты думаешь, будто из дружеского расположения я помогу тебе подвести себя под прогнание сквозь строй? - Ничего не поделаешь, дружище, я должен отсюда убраться. Исполни мою просьбу - не будет беды ни для тебя, ни для меня. А если откажешься, придется искать другой, ненадежный путь - тогда, может статься, меня схватят и впрямь прогонят сквозь строй, и этот грех падет на твою душу. Шубкель продолжал уговаривать приятеля, а у капрала делалось все тоскливее и неуютней на душе, потому как он думал, что лишится друга. Но в конце концов он не мог больше противиться и скрепя сердце обещал Шубкелю исполнить его просьбу. Ландграф, который был человеком въедливым и педантичным, строго различал большой и малый выезд. При большом он выезжал в карете, в сопровождении эскорта из гусар и приличного числа верховых офицеров. Но поскольку была зима, он отдавал предпочтение малому выезду: то есть ехал один в санях, где на козлах, рядом с кучером сидел только его гайдук. Однако сзади, на подножке, стоял гренадер с ружьем на караул, и так как в этом положении должен был он оставаться при самом жестоком морозе зачастую по многу часов, не имея возможности ухватиться за что-нибудь, когда сани подбрасывало на ухабах или при поворотах швыряло из стороны в сторону, он был пристегнут под коленями к двум железным ручкам - изобретение, которым ландграф очень гордился...
