Его собеседник, мистер Шелби, производил впечатление истинного джентльмена, а убранство и весь тон дома свидетельствовали о том, что хозяева е..
Как выходили из этого тупика майя? Датируя время задним числом.Примерно так: доллар стоит, скажем, одну пятую того, что он стоил пятьдесятлет назад...
Ему вспало на мысль пере-смотреть старинные бумаги, со времени еще деда Майорова уложенные в крепкий дубовый сундуч и хранившиеся у ста-рика под кроватью, по смерти же..
«Сборный город всей темной стороны» (По комедии Н. В. Гоголя «Ревизор»)
Николаевская Россия не была бедной или политически слабой страной, однако комедия "Ревизор" изображает именно Россию эпохи царствования Николая I. Один из мемуаристов дал этому времени определение "глухие годы". Действительно, на фоне роста мощи империи духовные устои общества слабели. На смену чести и порядочности пришли сыск и муштра. В культурной жизни общества наступил подлинный застой, а о политической жизни российское общество первой половины XIX века и не помышляло.
Город, в котором происходит действие комедии, вымышлен, однако выглядит он необыкновенно типично. Десятки таких городов были разбросаны по России. "Да отсюда хоть три года скачи, ни до какого государства не доедешь" — так устами своего персонажа автор характеризует этот город. Место действия комедии выглядит как маленькое государство. В нем есть, кажется, все необходимое для достойной жизни горожан: суд, учебные учреждения, почта, полиция, учреждения здравоохранения и социального обеспечения. Но в каком плачевном состоянии они находятся! В суде берут взятки. Больных лечат кое-как, вместо поддержания порядка полиция бесчинствует. И самое удивительное то, что весь административно-финансовый механизм, бюджетные учреждения и прочее работает вполне сносно. Этот город — далеко не худший в России.
Гоголю, как известно, пришлось неоднократно оправдываться по поводу своей великой комедии. Автор утверждал, что место действия комедии — это "сборный город всей темной стороны", то есть сборище всероссийской мерзости, показанное лишь затем, чтобы искоренить пороки общества. Но каждый рядовой зритель и каждый власть имущий прекрасно понимал, что город, с такой силой и живостью изображенный в "Ревизоре", есть не что иное как образ николаевской России. В этом смысле комедия Гоголя стала не только сатирическим, но культурологическим феноменом, сохранившим свое значение до сего дня.
Появление Хлестакова заставляет городское чиновничество позаботиться еще раз о внешней благопристойности, до которой они были большие охотники. Эти административно-полицейские потуги просто смешны: производится уборка улицы, по которой поедет ревизор, со стены присутствия снимают арапник-кнут для собак и тому подобное. Ни о каких реальных улучшениях речь и не заходит. Город принимает своего ревизора и с радостью провожает его, чтобы вновь погрузиться в спячку, прерываемую какими-либо мелкими происшествиями.
Характеризуя честно действия комедии, можно сказать, что все обитатели города, изображенного автором, суеверны, склонны к сплетням, лишены человеческого достоинства, лицемерны, лживы, чванливы, развратны, пошлы. Город, в котором живет столько измельчавших донельзя представителей человеческой породы, не имеет будущего. Понятен ужас Гоголя перед лицом реальности, не оставляющей человеку даже намека на надежду.
Непреходящее идейно-художественное значение комедии "Ревизор" в том, что она показала истинную изнанку общества и государства. И, может быть, сегодня новый Хлестаков въезжает в очередной провинциальный городок, чтобы поразить, очаровать и, наконец, обмануть его доверчивых до глупости обитателей.
Тем временем:
... Its only forerunner was Charles Tomlinson's slim volume of 1960. This contained poems of great distinction by an eminent poet, but there was more of Tomlinson in them than Tyutchev. What is more, Frank Murtagh has translated more poems than any other author, several for the first time into English, including some of the much neglected political pieces. This book has been interestingly illustrated by Shaheen Razvi. Certain of the illustrations do not present the poems in the way in which some people might have visualised them, but they are nevertheless a bold break with the pretty-pretty presentation of anthological pieces hitherto dominant. All in all, I believe that Frank Murtagh's book is essential reading for students and other readers of Russian poetry and is to be warmly recommended.
R. Lane University of Durham, England February, 1983
FOREWORD TO THIS EDITION
Since R. Lane wrote his Foreword in 1983, only one edition of "quality" translations of Tyutchev has appeared till now, Anatoly Liberman's versions of 181 of the poems published in 1991. In calling them "quality" translations, I make a deliberate value judgement, for his is not the only edition of selected poems to have appeared. There are too many gaps in published Tyutchev scholarship for any one researcher to deal with. The present book is intended to be the first of several of various lengths and formats which I wish to produce as time allows and whose overall aim is to fill some of these gaps. I shall also continue to work at the translations of the poems. I am all too aware of the defects of several of my versions, although I hope they are at least accurately rendered, even if they do little justice to Tyutchev. Very little has been published in English about his personal letters. There has been no serious attempt to translate them in bulk, possibly because the task would be monumental...
