Краткое содержание книги «Гоголь Николай Васильевич. Шинель»
История, произошедшая с Акакием Акакиевичем Башмачкиным, начинается с рассказа о его рождении и причудливом его именовании и переходит к повествованию о службе его в должности титулярного советника. Многие молодые чиновники, подсмеиваясь, чинят ему докуки, осыпают бумажками, толкают под руку, — и лишь когда вовсе невмоготу, он говорит: «Оставьте меня, зачем вы меня обижаете?» — голосом, преклоняющим на жалость. Акакий Акакиевич, чья служба состоит в переписывании бумаг, исполняет ее с любовью и, даже придя из присутствия и наскоро похлебав щей своих, вынимает баночку с чернилами и переписывает бумаги, принесенные на дом, а если таковых нет, то нарочно снимает для себя копию с какого-нибудь документа с замысловатым адресом. Развлечений, услады приятельства для него не существует, «написавшись всласть, он ложился спать», с улыбкою предвкушая завтрашнее переписывание. Однако таковую размеренность жизни нарушает непредвиденное происшествие. Однажды утром, после многократных внушений, сделанных петербургским морозом, Акакий Акакиевич, изучив свою шинель (настолько утратившую вид, что в департаменте давно именовали ее капотом), замечает, что на плечах и спине она совершенно сквозит. Он решает нести ее к портному Петровичу, чьи повадки и биография вкратце, но не без детальности изложена. Петрович осматривает капот и заявляет, что поправить ничего нельзя, а придется делать новую шинель. Потрясенный названною Петровичем ценой, Акакий Акакиевич решает, что выбрал неудачное время, и приходит, когда, по расчетам, Петрович похмелен, а потому и более сговорчив. Но Петрович стоит на своем. Увидев, что без новой шинели не обойтись, Акакий Акакиевич приискивает, как достать те восемьдесят рублей, за которые, по его мнению, Петрович возьмется за дело. Он решается уменьшить «обыкновенные издержки»: не пить чаю по вечерам, не зажигать свечи, ступать на цыпочках, дабы не истереть преждевременно подметок, реже отдавать прачке белье, а чтобы не занашивалось, дома оставаться в одном халате.
Жизнь его меняется совершенно: мечта о шинели сопутствует ему, как приятная подруга жизни. Каждый месяц он наведывается к Петровичу поговорить о шинели. Ожидаемое награждение к празднику, против ожидания, оказывается большим на двадцать рублей, и однажды Акакий Акакиевич с Петровичем отправляется в лавки. И сукно, и коленкор на подкладку, и кошка на воротник, и работа Петровича — все оказывается выше всяких похвал, и, ввиду начавшихся морозов, Акакий Акакиевич однажды отправляется в департамент в новой шинели. Событие сие не остается незамеченным, все хвалят шинель и требуют от Акакия Акакиевича по такому случаю задать вечер, и только вмешательство некоего чиновника (как нарочно именинника), позвавшего всех на чай, спасает смущенного Акакия Акакиевича.
После дня, бывшего для него точно большой торжественный праздник, Акакий Акакиевич возвращается домой, весело обедает и, посибаритствовав без дел, направляется к чиновнику в дальнюю часть города. Снова все хвалят его шинель, но вскоре обращаются к висту, ужину, шампанскому. Принужденный к тому же Акакий Акакиевич чувствует необычное веселье, но, памятуя о позднем часе, потихоньку уходит домой. Поначалу возбужденный, он даже устремляется за какой-то дамой («у которой всякая часть тела была исполнена необыкновенного движения»), но потянувшиеся вскоре пустынные улицы внушают ему невольный страх. Посреди огромной пустынной площади его останавливают какие-то люди с усами и снимают с него шинель.
Начинаются злоключения Акакия Акакиевича. Он не находит помощи у частного пристава. В присутствии, куда приходит он спустя день в старом капоте своем, его жалеют и думают даже сделать складчину, но, собрав сущую безделицу, дают совет отправиться к значительному лицу, кое может поспособствовать более успешному поиску шинели. Далее описываются приемы и обычаи значительного лица, ставшего значительным лишь недавно, а потому озабоченным, как бы придать себе большей значительности: «Строгость, строгость и — строгость», — говаривал он обыкновенно». Желая поразить своего приятеля, с коим не виделся много лет, он жестоко распекает Акакия Акакиевича, который, по его мнению, обратился к нему не по форме. Не чуя ног, добирается тот до дома и сваливается с сильною горячкой. Несколько дней беспамятства и бреда — и Акакий Акакиевич умирает, о чем лишь на четвертый после похорон день узнают в департаменте. Вскоре становится известно, что по ночам возле Калинкина моста показывается мертвец, сдирающий со всех, не разбирая чина и звания, шинели. Кто-то узнает в нем Акакия Акакиевича. Предпринимаемые полицией усилия для поимки мертвеца пропадают втуне.
В то время одно значительное лицо, коему не чуждо сострадание, узнав, что Башмачкин скоропостижно умер, остается страшно этим потрясен и, чтобы сколько-нибудь развлечься, отправляется на приятельскую вечеринку, откуда едет не домой, а к знакомой даме Каролине Ивановне, и, среди страшной непогоды, вдруг чувствует, что кто-то ухватил его за воротник. В ужасе он узнает Акакия Акакиевича, коий торжествующе стаскивает с него шинель. Бледный и перепуганный, значительное лицо возвращается домой и впредь уже не распекает со строгостью своих подчиненных. Появление же чиновника-мертвеца с тех пор совершенно прекращается, а встретившееся несколько позже коломенскому будочнику привидение было уже значительно выше ростом и носило преогромные усы.
Краткие содержания произведений — briefly.ru
Оригинальный текст книги «Гоголь Николай Васильевич. Шинель»
Все краткие содержания
|
... Ф. А. КОНИ 1
Милостивый государь, Федор Алексеевич.
Ваша известность в литературном мире, уважение к Вам просвещенной
публики и свойственная Вам снисходительность, с помощию которой в самых
первых опытах являющегося на суд публики произведения так искусно Вы умеете
находить некоторые достоинства и так деликатно указывать на недостатки, -
заставили автора прилагаемых здесь стихотворений обратиться к Вам с
просьбою о напечатании их в Вашем журнале, если Вы, по своему великодушию,
не захотите отказать этому неизвестному автору в глубокой для него чести -
Вашем покровительстве.
Может быть, просьба моя покажется для Вас странною. Пусть так; но я
уверен в Вашем благородстве: Вы не захотите заклеймить язвительною
насмешкою бедного провинциала, не имеющего в своих руках верных средств, с
которыми он мог бы действовать благоразумнее, не ставя себя в двусмысленное
положение. Я даже осмеливаюсь предполагать, что мое двусмысленное положение
скорее возбудит в Вас участие, нежели холод-1 ность. Вот моя краткая
биография. Будьте моим судиею.
Я - бедный мещанин. Круг моих знакомых не велик и не завиден.
Образование получено мною весьма недостаточное, но с раннего детства в душу
мою запала глубокая любовь к литературе. Помню, как всякое произве-аениег
запечатленное талантом, приводило меня, еще ребенка, в восторг, который я
не мог себе объяснить. Кан тогда билось мое сердце! Как быстро обращалась
кровь в моих жилах! Этой любви я не утратил и доселе. В моей грустной
действительности единственное для меня утешение - книги и природа: в беседе
с нею я забываю все меня окружающее. Она - мой первый наставник, научивший
меня знать и любить бога. Она - моя мать, утешающая меня в минуты тоски и
сомнений. Изумляя меня своею тишиною и величием, она заставляет меня
слагать задумчивую песнь и проливать сладкие слезы. Быть может, мои слова
вызовут на уста Ваши насмешливую улыбку. Быть может, все это - один бред
моего раздраженного воображения, потому-то я снова повторяю: будьте моим
судиею, покажите мне мое собственное значение или мою ничтожность...
| Никитин Иван Саввич
«Письма»
|
| | Гоголь Николай Васильевич: |
«Вий»
«Выбранные места из переписки с друзьями»
«Портрет»
«Нос»
«Вечера на хуторе близ Диканьки, часть вторая»
Все книги
Бласко Висенте Ибаньес
Шмуэль Йосеф Халеви Чачкес Агнон
Полный список электронных библиотек, созданных и поддерживаемых под эгидой Российской Литературной Сети представлен на страницах соответствующих разделов веб-сайта Rulib.net |
