- Даже тогда никуда не годились, за ради Бога. - Чего ж вы здесь торчите? - Не думаю, что это удачный вопрос. Лицо приятел..
Поместье Опальского было верстах в пятнадцати от деревушки Дубровина; часа через полтора он уже ехал лесом, в котором жил Опальский. Дорога была узкая и усеяна кочками и пнями...
«Повесть о капитане Копейкине» — острый протест, доведенный до конца
Николай Васильевич Гоголь — честный и смелый художник. В своей поэме “Мертвые души” он дает уничтожающую характеристику и критику существующему строю в России — крепостничеству и ее столпам — помещикам. “Повесть о капитане Копейкине”, вошедшая в поэму, показала бескомпромиссность Гоголя. Это его протест, доведенный до конца. “Повесть” рассказывает о герое войны 1812 года, потерявшем здоровье и возможность зарабатывать себе на пропитание. Учитывая свои заслуги перед отечеством, Копейкин надеется, что получит достойную компенсацию за “руку и ногу”, которые потерял на поле брани, отстаивая честь и независимость страны. “Вот мой капитан Копейкин решил отправиться, сударь мой, в Петербург, чтобы просить государя, не будет ли такой монаршей милости: “Что вот-де, так и так, в некотором роде, так сказать, жизнию жертвовал, проливал кровь...” Копейкин обивает пороги важных вельмож, которые обещают рассмотреть его дело, предлагая “понаведаться на днях...” Дни летят, капитан обивает все новые и новые пороги; автор показывает все трудности Копейкина: он еле бродит на “своей деревяшке”, не может заработать даже при наличии работы, т. к. правый рукав у него пустой. Идет время, тают те гроши, с которыми приехал Копейкин в столицу добиваться законной пенсии, но нет никакого движения в делах капитана. Вельможи предлагают ждать государя, который еще не вернулся из заграничного похода. Он пожинает лавры победителя Наполеона, а истинные безвестные герои вынуждены влачить жалкое существование или даже умереть голодной смертью. Они теперь стали не нужны, они лишняя обуза. “Вооружитесь терпением. Приедет государь, я могу вам дать честное слово, что его монаршая милость вас не оставит”. Но Копейкину невозможно ждать, деньги его кончились, как и терпение. Чтобы капитан не докучал, его выслали “на казенный счет”. Доведенный до отчаяния, Копейкин решает: “Когда генерал говорит, чтобы я поискал сам средств помочь себе, хорошо, найду средства!” Не прошло и двух месяцев, как в рязанских лесах объявилась шайка разбойников “и атаман-то этой шайки был, сударь мой, не кто другой...” —нетрудно догадаться, что капитан Копейкин. Гоголь не призывал к бунту, но он так ярко и правдиво показал плачевное положение простых людей, что фактически оправдывал своего героя, вынужденного заняться разбоем и грабить тех, кто давно и “на законных основаниях” грабил его и ему подобных. Смех Гоголя был острым и разящим. Его боялись: доказательство тому — “Повесть о капитане Копейкине” была запрещена цензурой. Заслуга и феномен Гоголя состоят в том, что идут годы и десятилетия, а его произведения остаются любимыми и популярными у новых и новых поколений читателей, каждое находит у писателя “свои”, близкие ему страницы. В этом величие и неувядаемая сила таланта Николая Васильевича Гоголя _ “короля русской сатиры”.
Источник:http://www.litra.ru/
Тем временем:
... Но скоро всяческие "уроки чистого афеизма" оказались "чуждыми красками", спадающими с души "ветхой чешуей", как еще девятнадцатилетний поэт с непостижимо раннею зрелостью и прозорливостью мысли это предусмотрел в стихотворении, носящем столь же несоответственное возрасту заглавие: "Возрождение". Среди возродившихся "видений первоначальных чистых дней" было и исконное видение Красоты, которая была ведома поэту, по его собственному внутреннему опыту, не как "мечта", а как некая "явная тайна" (слово Гете), являющая мир знаменательным и любезным. Ведь и тот другой демон, "мрачный и мятежный", который увидел у врат Эдема ангела нежного и опечаленного, по тому одному "жар невольный умиленья впервые в сердце" познает, по тому одному произносит свое невольное признание: "не все я в мире ненавидел, не все я в мире презирал", — что есть в мире лицезримая им воочию Красота, ее же нельзя ни презирать, ни ненавидеть.
Так и строки "Предчувствия", с напоминания о котором мы начали наше рассуждение, — строки столь созвучные "Ангелу", написанному за год до того ("ангел кроткий, безмятежный, тихо молви мне: прости; опечалься; взор свой нежный подыми иль опусти"), не столько рисуют женщину, с которой поэт расстается, сколько относятся к идеальному образу Красоты, просквозившей как бы через нее перед духовным взором поэта при разлуке; и "воспоминание", которое будет потом укреплять его, покажет ему за туманным облаком покинутой тот луч "гения чистой Красоты", что мелькнул в ее чертах в одно заветное мгновенье. В этом, по нашему мнению, психологическая разгадка и стихотворения "К А. П. Керн" ("Я помню чудное мгновенье"); в этом внутренний смысл — и оправдание — сонета "Мадонна".
Это видение Красоты, в мире сущей, но как бы гостьи мира, не связывалось, как мы сказали, у Пушкина ни с каким отдельным, одним образом; скорее, оно открывалось ему в том стройном согласии многого, которое он называл восхищенно Гармонией. Это согласие казалось ему само по себе "дивом". "В ней все гармония, все диво". "Светил небесных дивный хор плывет так тихо, так согласно"... Благодатное состояние души, когда Красота, как гармония, входит в непосредственное с нею общение, именовал Пушкин "вдохновением"...
