... Он ранее других гостей узнал от княгини, что поклонник ее второй
внучки - тайный сын украинского магната, тогдашнего министра просвещения.
Другим княгиня до времени об этом умалчивала.
Прощаясь с хозяйкой, Растопчин с улыбкой указал ей на Перовского, в
новеньком стянутом мундире почтительно стоявшего в стороне, и вполголоса
заметил:
- Напрасно, однако, княгиня, ваша внучка медлит; женишок хоть куда:
кончили бы, да тогда ему, с богом, хоть и к месту служения.
- Что вы, граф! Из-за чего же торопиться? - ответила княгиня. - Aurore
(Аврора (франц.).) так еще молода; ведь ей невступно восемнадцать: не
перестарок еще, в девках не засидится... Все, мой хороший, в руках божиих.
Да на днях уж и пост, и отпуск этого молодца на исходе. Обещает снова
приехать после успенья, в конце августа, коли будем живы... Тогда
сватовство; тогда, если суждено, сыграем и свадьбу.
- Зовите, княгиня, мы - ваши гости! - сказал Растопчин. - Только не
затянулось бы дело для счастливцев... Слышали, чай, толки о войне?
- Э, батюшка граф, где еще тот Наполеон! - ответила княгиня. - До нас
ему далеко... надеемся же мы больше на московских чудотворцев да на ваше
искусство, граф.
Растопчин озабоченно оглянулся на присутствующих, надел перчатки и уже
хотел откланяться, но, нахмурясь, опять сел возле княгини.
- Разве что знаешь нового? - тихо спросила Анна Аркадьевна. Растопчин
молча кивнул ей головой. Княгиня обмерла. - Да говори же, дорогой, говори!
- прошептала она, растерянно ища в ридикюле флакон со спиртом и поднося его
к своему носу.
- Здесь не место, - ответил ей граф, - заеду завтра. - Нет, родной,
сегодня вечером; не мори ты меня, дуру попову; ведь знаешь - я трусиха.
- Но у вас гости, наверное, будет бостон, а я, вы знаете, до карт не
охотник.
- Ах, не нападай ты на карты, говорю тебе; помни слова Талейрана: кто
не привык играть в карты в молодости, готовит себе печальную старость...