Женитьба — Страница 30
Подколесин. Но этого вы еще никогда не слышали.
Агафья Тихоновна потупляет еще более глаза; в это время входит
потихоньку Кочкарев и становится у него за плечами.
Это вот в чем... Но пусть лучше я вам скажу когда-нибудь после.
Агафья Тихоновна. А что же это такое?
Подколесин. А это... Я хотел было, признаюсь, теперь объявить вам это,
да все еще как-то сомневаюсь.
Кочкарев (про себя, складывая руки). Господи ты боже мой, что это за
человек! Это просто старый бабий башмак, а не человек, насмешка над
человеком, сатира на человека!
Агафья Тихоновна. Отчего же вы сомневаетесь?
Подколесин. Да все как-то берет сомнение.
Кочкарев (вслух). Как это глупо, как это глупо! Да вы видите, сударыня,
видите: он просит руки вашей, желает объявить, что он без вас не может жить,
существовать. Спрашивает только, согласны ли вы его осчастливить.
Подколесин (почти испугавшись, толкает его, произнося тихо). Помилуй,
что ты!
Кочкарев. Так что ж, сударыня! Решаетесь вы сему смертному доставить
счастие?
Агафья Тихоновна. Я никак не смею думать, чтобы я могла составить
счастие... А впрочем, я согласна.
Кочкарев. Натурально, натурально, так бы давно. Давайте ваши руки!
Подколесин. Сейчас! (Хочет сказать что-то ему на ухо. Кочкарев
показывает ему кулак и хмурит брови; он дает руку.)
Кочкарев (соединяя руки). Ну, бог вас благословит! Согласен и одобряю
ваш союз. Брак -- это есть такое дело... Это не то, что взял извозчика, да и
поехал куда-нибудь; это обязанность совершенно другого рода, это
обязанность... Теперь вот только мне времени нет, а после я расскажу тебе,
что это за обязанность. Ну, Иван Кузьмич, поцелуй свою невесту. Ты теперь
можешь это сделать. Ты теперь должен это сделать.
Агафья Тихоновна потупляет глаза.
Ничего, ничего, сударыня; это так должно, пусть поцелует.
Подколесин. Вот, сударыня, позвольте, теперь уж позвольте. (Целует ее и
берет за руку.) Какая прекрасная ручка! Отчего это у вас, сударыня, такая
прекрасная ручка?.. Да позвольте, сударыня, я хочу, чтобы сей же час было
венчанье, непременно сей же час.
Агафья Тихоновна. Как сейчас? Уж это, может быть, очень скоро.
Подколесин. И слышать не хочу! Хочу еще скорее, чтобы сию же минуту
было венчанье.
Кочкарев. Браво! хорошо! Благородный человек! Я, признаюсь, всегда
ожидал от тебя много в будущем! Вы, сударыня, в самом деле поспешите теперь
поскорее одеться: я, сказать правду, послал уже за каретою и напросил
гостей. Они все теперь поехали прямо в церковь. Ведь у вас венчальное платье
готово, я знаю.
Агафья Тихоновна. Как же, давно готово. Я в минуточку оденусь.
Кочкарев и Подколесин.
... Темой разговоров неизменно служил Уил.
Хэла трогала привязанность стариков к их единственному сыну; они могли без конца говорить о нем, мечтать о его будущем. Родители Уила, по своему складу, мало общались с городскими жителями и даже с ближайшими соседями. Они были из тех людей, что всегда трудятся, трудятся с самого раннего утра до позднего вечера и даже в лунные ночи. Хэл говорил, что часто, после того как старушка подаст ужин, они снова выходили в поле работать.
К этому времени старику Хетчу было уже под семьдесят, а жене его лет на десять меньше, Хэл рассказывал, что стоило ему показаться на ферме, как они немедленно бросали работу и шли посидеть с ним. Они, бывало, работали вместе в поле, но, завидев его на дороге, опешили ему навстречу. У них всегда оказывалось новое письмо от Уила. Он писал каждую неделю.
Старушка бежала вслед за мужем.
- Мы опять получили письмо, мистер Уэймен - кричал Хетч, и жена, совсем запыхавшись, повторяла то же самое:
- Мистер Уэймен, мы получили письмо!
Они немедленно приносили письмо и читали его вслух. Хэл говорит, что письма были прелестны. Уил уснащал их рисунками. Тут были комические изображения людей, с которыми он встречался потоки автомобилей на Мичиган-авеню в Чикаго, полисмен на перекрестке, юные стенографистки, опешившие на службу. Старики никогда не бывали в большом городе, их все удивляло и интересовало. Они требовали объяснений к рисункам и были похожи на детей в своем стремлений узнать малейшие подробности, какие только Хэл мог вспомнить о жизни их сына в Чикаго. Уил постоянно звал родителей к себе погостить, и они могли часами толковать об этом.
- Конечно, - говорил Хетч, - мы не поедем. Разве мы могли бы поехать?
Он с детства жил на своей маленькой ферме. Его отец стал инвалидом, когда Хетч был совсем еще молод, и ему пришлось вести все хозяйство. Ферма, если как следует ею заниматься, требует большой заботы. Все время нужно бороться с сорняками, ухаживать за скотом.
- А кто будет доить коров? - спрашивал Хетч.
Ему, видимо, даже больно было подумать, что кто-нибудь, кроме него самого и его жены, может притронуться к их коровам...
| Андерсон Шервуд
«Сев маиса»
|
| Путь в воскресению
Николай Васильевич Гоголь (Биография с фотографиями)
Розанов против Гоголя
Фантастическое в ранней прозе Н.В.Гоголя
Великий русский писатель, Гоголь Николай Васильевич
Все статьи
«Сцена вранья» Хлестакова. (Анализ сцены из III действия комедии Н.В.Гоголя «Ревизор».)
Думы о россии в поэме Гоголя «Мертвые души»
Знакомство Чичикова с городом NN
Какова роль вещей в сатирическом изображении Гоголя
Быт и нравы губернского города NN
Все рефераты и сочинения
Бласко Висенте Ибаньес
Шмуэль Йосеф Халеви Чачкес Агнон
Полный список электронных библиотек, созданных и поддерживаемых под эгидой Российской Литературной Сети представлен на страницах соответствующих разделов веб-сайта Rulib.net |
