Мертвые души. Том второй. — Страница 53
- Не будем мешкать и пойдем теперь же.
- - Пойдем.-Хлобуев взял в руки картуз. Гости надели на головы картузы, и все пошли улицею деревни.
- С обеих сторон глядели слепые лачуги, с крохотными, заткнутыми онучей [окнами].
- - Пойдем же осматривать беспорядки и беспутство мое,- говорил Хлобуев.- Конечно, вы сделали хорошо, что пообедали. Поверите ли, Константин Федорович, курицы нет в доме- до того дожил!
- Он вздохнул и, как бы чувствуя, что мало будет участия со стороны Константина Федоровича, подхватил под руку Платонова и пошел с ним вперед, прижимая крепко его к груди своей. Костанжогло и Чичиков остались позади и, взявшись под руки, следовали за ними в отдалении.
- - Трудно, Платон Михалыч, трудно! - говорил Хлобуев Платонову.- Не можете вообразить, как трудно! Безденежье, бесхлебье, бессапожье. Ведь это для вас слова иностранного языка. Трын-трава бы это было все, если бы был молод и один. Но когда все эти невзгоды станут тебя ломать под старость, а под боком жена, пятеро детей-сгрустнется, поневоле сгрустнется...
- - Ну, да если вы продадите деревню - это вас поправит?-спросил Платонов.
- - Какое поправит! - сказал Хлобуев, махнувши рукой.- Все пойдет на уплату долгов, а для себя не останется и тысячи-
- - Так что ж вы будете делать?
- - А бог знает.
- - Как же вы ничего не предпринимаете, чтобы выпутаться из таких обстоятельств?
- - Что ж предпринять?
- - Что ж, вы, стало быть, возьмете какую-нибудь должность?
- - Ведь я губернский секретарь. Какое же мне могут дать место? Место мне могут дать ничтожное. Как мне взять жалованье-пятьсот? А ведь у меня жена, пятеро детей.
- - Пойдите в управляющие.
- - Да кто ж мне поверит имение: я промотал свое.
- - Ну, да если голод и смерть гроэят, нужно же что-нибудь предпринимать. Я спрошу, не может ли брат мой через кого-либо в городе выхлопотать какую-нибудь должность.
- - Нет, Платон Михайлович,- сказал Хлобуев, вздохнувши и сжавши крепко его руку.-Не гожусь я теперь никуды. Одряхлел прежде старости своей, и поясница болит от прежних грехов, и ревматизм в плече. Куды мне? Что разорять казну? И без того теперь завелось много служащих ради доходных мест. Храни бог, чтобы из-за доставки мне жалованья увеличены были подати на бедное сословие.
- "Вот плоды беспутного поведения,-подумал Платонов.-Это хуже моей спячки".
- А между тем как они так говорили между собой, Костанжогло, идя с Чичиковым позади их, выходил из себя.
- - Вот смотрите,- сказал Костанжогло, указывая пальцем,-довел мужика до какой бедности! Ведь ни телеги, ни лошади.
... Может, весенний цветок, что приколола у сердца,
издавал аромат надежды. И запах лекарственных снадобий прошел, миновал, и
сладость нового запаха пронизала дом наш. Много благоуханий узнала я, но
такого не нашла. Однако вновь обоняла я этот аромат в сновидении. Откуда
взялся этот запах? Ведь мать не умащала плоть женскими благовониями(8).
Мать сошла с постели и села у окна. У окна стоял столик, а в столике
ларчик. Ларчик заперт на замок, и ключ к ларчику висел на шее мамы.
Беззвучно открыла мать ларчик и стопку рукописных листов достала и читала их
весь день. До вечера читала мать. Дверь открылась дважды и трижды, но не
спросила она: кто там, заговаривала я с ней -- не отвечала. А напомнили ей
испить лечебных снадобий, махом испила ложку снадобий. Лица не скривила и
слова не молвила, будто иссякла их горечь. А испив, вернулась к рукописи.
А рукопись исполнена совершенным почерком на тонкой бумаге, длинными и
короткими строками писана. И видя, как мать читает, сказала я в сердце
своем, что навеки не оставит она эту рукопись. Снур ключа на шее соединял ее
с ларчиком и с рукописью. Но на исходе дня взяла мать рукопись и перевязала
ее нашейным снурком с ключом, поцеловала и бросила ее вместе с ключом в
печь. А вьюшка закрыта. Лишь уголья мерцали в печи. Язык пламени лизнул
тонкие листы, бумага вспыхнула -- и дом полон дыму. Киля ринулась в светлицу
распахнуть окно, но мать удержала ее. Рукопись пылает и дом полон дыму. А
мать сидела(9) у ларца и до вечера вдыхала дым рукописей.
Тем вечером пришла Минчи Готлиб проведать маму. Это подруга ее Минчи,
что училась с ней вместе в девичестве у Акавии Мазала. Госпожа Готлиб села у
постели мамы. Два, три часа сидела. Минчи, сказала мать, дай напоследок
гляну на тебя. Минчи вытерла слезы и сказала: крепись, Лия, еще возвратятся
силы твои, как прежде, для жизни. Мама молчала, и грустный смешок витал на
ее пылающих устах. Вдруг взяла мать Минчи за руку и сказала: иди домой,
Минчи, справь нужды субботы и завтра пополудни проводи меня на погост. Был
вечер четверга, канун сретенья субботы(10)...
| Шмуэль Йосеф Халеви Чачкес Агнон
«Во цвете лет»
|
| Фантастическое в ранней прозе Н.В.Гоголя
Николай Васильевич Гоголь (Биография с фотографиями)
Николай Васильевич Гоголь: семья и школа, приезд Гоголя в Петербург, первые поездки за границу
Путь в воскресению
Николай Васильевич Гоголь: предвестники душевного расстройства, неожиданное крушение, печальный конец
Все статьи
Дорога и путь - это одна из главных тем «Мертвых душ»
Изображение города в поэме Н. В. гоголя «Мертвые души»
«Сборный город всей темной стороны» (По комедии Н. В. Гоголя «Ревизор»)
Губернское общество в поэме Гоголя «Мертвые души»
«Сборный город всей темной стороны» (По комедии Н. В. Гоголя «Ревизор»)
Все рефераты и сочинения
Бласко Висенте Ибаньес
Шмуэль Йосеф Халеви Чачкес Агнон
Полный список электронных библиотек, созданных и поддерживаемых под эгидой Российской Литературной Сети представлен на страницах соответствующих разделов веб-сайта Rulib.net |
