Женитьба — Страница 6

Вот тебе на! Да ведь ты сейчас объявил, что хочешь.
Подколесин. Я говорил только, что не худо бы.
Кочкарев. Как, помилуй! Да мы уж совсем было все дело... Да что? разве
тебе не нравится женатая жизнь, что ли?
Подколесин. Нет... нравится.
Кочкарев. Ну, так что ж? За чем дело стало?
Подколесин. Да дело ни за чем не стало, а только странно...
Кочкарев. Что ж странно?
Подколесин. Как же не странно: все был неженатый, а теперь вдруг --
женатый.
Кочкарев. Ну, ну... ну не стыдно ли тебе? Нет, вижу, с тобой нужно
говорить сурьезно: я буду говорить откровенно, как отец с сыном. Ну
посмотри, посмотри на себя внимательно, вот, например, так, как смотришь
теперь на меня. Ну что ты теперь такое? Ведь просто бревно, никакого
значения не имеешь. Ну для его ты живешь? Ну взгляни в зеркало, что ты там
видишь? глупое лицо -- больше ничего. А тут, вообрази, кол о тебя будут
ребятишки, ведь не то что двое или рос, а, может быть, целых шестеро, и все
на тебя как две кайли йоды. Ты вот теперь один, надворный советник,
экспедитор или там начальник какой, бог тебя ведает, тогда, вообрази, около
тебя экспедиторчонки, маленькие такие канальчонки, и какой-нибудь
постреленок, протянувши ручонки, будет теребить тебя за бакенбарды, а ты
только будешь ему по-собачьи: ав, ав, ав! Ну есть ли что-нибудь лучше этого,
скажи сам?
Подколесин. Да ведь они только шалуны большие: будут все портить,
разбросают бумаги.
Кочкарев. Пусть шалят, да ведь все на тебя похожи -- вот штука.
Подколесин. А оно, в самом дело, даже смешно, черт побери: этакой
какой-нибудь пышка, щенок эдакой, и уж на тебя похож.
Кочкарев. Как но смешно, конечно, смешно. Ну, так поедем.
Подколесин. Пожалуй, поедем.
Кочкарев. Эй, Степан! Давай скорее своему барину одеваться.
Подколесин (одеваясь перед зеркалом). Я думаю, однако ж, что нужно бы в
белом жилете.
Кочкарев. Пустяки, все равно.
Подколесин (надевая воротнички). Проклятая рачка, так скверно
накрахмалила воротнички -- никак не стоят. Ты ей скажи, Степан, что если она,
глупая, так будет гладить белье, то я найму другую. Она, верно, с
любовниками проводит время, а не гладит.
Кочкарев. Да ну, брат, поскорее! Как ты копаешься!
Подколесин. Сейчас, сейчас. (Надевает фрак и садится.) Послушай, Илья
Фомич. Знаешь ли что? Поезжай-ка ты сам.
Кочкарев. Ну вот еще; с ума сошел разве? Мне ехать! Да кто из нас
женится: ты или я?
Подколесин. Право, что-то не хочется; пусть лучше завтра.
Кочкарев. Ну есть ли в тебе капля ума? Ну не олух ли ты? Собрался
совершенно, и вдруг: не нужно! Ну скажи, пожалуйста, не свинья ли ты, не
подлец ли ты после этого?
Подколесин. Ну что ж ты бранишься? с какой стати? что я тебе сделал?
Кочкарев.