Вий — Страница 25

За плетнем, служившим границею
сада, шел целый лес бурьяна, в который, казалось, никто не любопытствовал
заглядывать, и коса разлетелась бы вдребезги, если бы захотела коснуться
лезвеем своим одеревеневших толстых стеблей его.
Когда философ хотел перешагнуть плетень, зубы его стучали и сердце так
сильно билось, что он сам испугался. Пола его длинной хламиды, казалось,
прилипала к земле, как будто ее кто приколотил гвоздем. Когда он переступал
плетень, ему казалось, с оглушительным свистом трещал в уши какой-то голос:
"Куда, куда?" Философ юркнул в бурьян и пустился бежать, беспрестанно
оступаясь о старые корни и давя ногами своими кротов. Он видел, что ему,
выбравшись из бурьяна, стоило перебежать поле, за которым чернел густой
терновник, где он считал себя безопасным и пройдя который он, по
предположению своему, думал встретить дорогу прямо в Киев. Поле он перебежал
вдруг и очутился в густом терновнике. Сквозь терновник он пролез, оставив,
вместо пошлины, куски своего сюртука на каждом остром шипе, и очутился на
небольшой лощине. Верба разделившимися ветвями преклонялась инде почти до
самой земли. Небольшой источник сверкал, чистый, как серебро. Первое дело
философа было прилечь и напиться, потому что он чувствовал жажду
нестерпимую.
- Добрая вода! - сказал он, утирая губы. - Тут бы можно отдохнуть.
- Нет, лучше побежим вперед: неравно будет погоня !
Эти слова раздались у него над ушами. Он оглянулся: перед ним стоял
Явтух.
"Чертов Явтух! - подумал в сердцах про себя философ. - Я бы взял тебя,
да за ноги... И мерзкую рожу твою, и все, что ни есть на тебе, побил бы
дубовым бревном".
- Напрасно дал ты такой крюк, - продолжал Явтух, - гораздо лучше
выбрать ту дорогу, по какой шел я: прямо мимо конюшни. Да притом и сюртука
жаль. А сукно хорошее. Почем платил за аршин? Однако ж погуляли довольно,
пора домой.
Философ, почесываясь, побрел за Явтухом. "Теперь проклятая ведьма
задаст мне пфейферу, - подумал он. - Да, впрочем, что я, в самом деле? Чего
боюсь? Разве я не козак? Ведь читал же две ночи, поможет бог и третью.
Видно, проклятая ведьма порядочно грехов наделала, что нечистая сила так за
нее стоит".
Такие размышления занимали его, когда он вступал. на панский двор.
Ободривши себя такими замечаниями, он упросил Дороша, который посредством
протекции ключника имел иногда вход в панские погреба, вытащить сулею
сивухи, и оба приятеля, севши под сараем, вытянули немного не полведра, так
что философ, вдруг поднявшись на ноги, закричал: "Музыкантов! непременно
музыкантов!" - и, не дождавшись музыкантов, пустился среди двора на
расчищенном месте отплясывать тропака.