Повесть о том, как поссорился Иван Иванович с Иваном Никифоровичем — Страница 18

Несомненные чему признаки из нижеследующего явствуют:
во-1-х, оный злокачественный дворянин начал выходить часто из своих покоев,
чего прежде никогда, по причине своей лености и гнусной тучности тела, не
предпринимал; во-2-х, в людской его, примыкающей о самый забор, ограждающий
мою собственную, полученную мною от покойного родителя моего, блаженной
памяти Ивана, Онисиева сына, Перерепенка, землю, ежедневно и в необычайной
продолжительности горит свет, что уже явное есть к тому доказательство, ибо
до сего, по скаредной его скупости, всегда не только сальная свеча, но даже
каганец был потушаем.
И потому прошу оного дворянина Ивана, Никифорова сына, Довгочхуна, яко
повинного в зажигательстве, в оскорблении моего чина, имени и фамилии и в
хищническом присвоении собственности, а паче всего в подлом и
предосудительном присовокуплении к фамилии моей названия гусака, ко
взысканию штрафа, удовлетворения проторей и убытков присудить и самого, яко
нарушителя, в кандалы забить и, заковавши, в городскую тюрьму препроводить,
и по сему моему прошению решение немедленно и неукоснительно учинить. -
Писал и сочинял дворянин, миргородский помещик Иван, Иванов сын,
Перерепенко".
По прочтении просьбы судья приблизился к Ивану Ивановичу, взял его за
пуговицу и начал говорить ему почти таким образом:
- Что это вы делаете, Иван Иванович? Бога бойтесь! бросьте просьбу,
пусть она пропадает! (Сатана приснись ей!) Возьмитесь лучше с Иваном
Никифоровичем за руки, да поцелуйтесь, да купите сантуринского, или
никопольского, или хоть просто сделайте пуншику, да позовите меня! Разопьем
вместе и позабудем все!
- Нет, Демьян Демьянович! не такое дело, - сказал Иван Иванович с
важностию, которая так всегда шла к нему. - Не такое дело, чтобы можно было
решить полюбовною сделкою. Прощайте! Прощайте и вы, господа! - продолжал он
с тою же важностию, оборотившись ко всем. - Надеюсь, что моя просьба
возымеет надлежащее действие. - И ушел, оставив в изумлении все присутствие.
Судья сидел, не говоря ни слова; секретарь нюхал табак; канцелярские
опрокинули разбитый черепок бутылки, употребляемый вместо чернильницы; и сам
судья в рассеянности разводил пальцем по столу чернильную лужу.
- Что вы скажете на это, Дорофей Трофимович? - сказал судья, после
некоторого молчания обратившись к подсудку.
- Ничего не скажу, - отвечал подсудок.
- Экие дела делаются! - продолжал судья.
Не успел он этого сказать, как дверь затрещала и передняя половина
Ивана Никифоровича высадилась в присутствие, остальная оставалась еще в
передней. Появление Ивана Никифоровича, и еще в суд, так показалось
необыкновенным, что судья вскрикнул; секретарь прервал свое чтение. Один
канцелярист, в фризовом подобии полуфрака, взял в губы перо; другой
проглотил муху.