Вечера на хуторе близ Диканьки, часть первая — Страница 52

Погляди на белые ноги мои: они много ходили; не по коврам
только, по песку горячему, по земле сырой, по колючему
терновнику они ходили; а на очи мои, посмотри на очи: они не
глядят от слез... Найди ее, парубок, найди мне мою мачеху!..
Голос ее, который вдруг было возвысился, остановился.
Ручьи слез покатились по бледному лицу. Какое-то тяжелое,
полное жалости и грусти чувство сперлось в груди парубка.
-- Я готов на все для тебя, моя панночка! -- сказал он в
сердечном волнении, -- но как мне, где ее найти?
-- Посмотри, посмотри! -- быстро говорила она, -- она
здесь! она на берегу играет в хороводе между моими девушками и
греется на месяце. Но она лукава и хитра. Она приняла на себя
вид утопленницы; но я знаю, но я слышу, что она здесь. Мне
тяжело, мне душно от ней. Я не могу чрез нее плавать легко и
вольно, как рыба. Я тону и падаю на дно, как ключ. Отыщи ее,
парубок!
Левко посмотрел на берег: в тонком серебряном тумане
мелькали легкие, как будто тени, девушки в белых, как луг,
убранный ландышами, рубашках; золотые ожерелья, монисты, дукаты
блистали на их шеях; но они были бледны; тело их было как будто
сваяно из прозрачных облак и будто светилось насквозь при
серебряном месяце. Хоровод, играя, придвинулся к нему ближе.
Послышались голоса.
-- Давайте в во'рона, давайте играть в ворона! -- зашумели
все, будто приречный тростник, тронутый в тихий час сумерек
воздушными устами ветра.
-- Кому же быть вороном?
Кинули жребий -- и одна девушка вышла из толпы. Левко
принялся разглядывать ее. Лицо, платье -- все на ней такое же,
как и на других. Заметно только было, что она неохотно играла
эту роль. Толпа вытянулась вереницею и быстро перебегала от
нападений хищного врага.
-- Нет, я не хочу быть вороном! -- сказала девушка,
изнемогая от усталости. -- Мне жалко отнимать цыпленков у
бедной матери!
"Ты не ведьма!" -- подумал Левко.
-- Кто же будет вороном?
Девушки снова собрались кинуть жребий.
-- Я буду вороном! -- вызвалась одна из средины.
Левко стал пристально вглядываться в лицо ей. Скоро и
смело гналась она за вереницею и кидалась во все стороны, чтобы
изловить свою жертву. Тут Левко стал замечать, что тело ее не
так светилось, как у прочих: внутри его виделось что-то черное.
Вдруг раздался крик: ворон бросился на одну из вереницы,
схватил ее, и Левку почудилось, будто у ней выпустились когти и
на лице ее сверкнула злобная радость.
-- Ведьма! -- сказал он, вдруг указав на нее пальцем и
оборотившись к дому.
Панночка засмеялась, и девушки с криком увели за собою
представлявшую ворона.
-- Чем наградить тебя, парубок? Я знаю, тебе не золото
нужно: ты любишь Ганну; но суровый отец мешает тебе жениться на
ней.