«Мертвые души. Том второй.»

..-И чуть сама не заплакала.

   - Только, пожалуйста, не гневайся на нас,-сказал генерал.-Мы тут ни в чем не виноваты. Не правда ли?-сказал он, обратясь к Чичикову.-Поцелуй меня и уходи к себе. Я сейчас стану одеваться к обеду. Ведь ты,- сказал он, посмотрев Чичикову в глаза,- надеюсь, обедаешь у меня?

   - Если только ваше превосходительство...

   - Без чинов, что тут? Я ведь еще, слава богу, могу накормить. Щи есть.

   Бросив ловко обе руки наотлет, Чичиков признательно и почтительно наклонил голову книзу, так что на время скрылись из его взоров все предметы в комнате и остались видны ему только одни носки своих собственных полусапожек. Когда же, пробыв несколько времени в таком почтительном расположении, приподнял он го-лову снова кверху, он уже не увидел Улиньки. Она нс-чезнула. Наместо ее предстал, в густых усах и бакенбардах, великан камердинер, с серебряной лоханкой и рукомойником в руках.

   - Ты мне позволишь одеваться при себе?

   - Не только одеваться, но можете совершить при мне все, что угодно вашему превосходительству.

   Опустя с одной руки халат и засуча рукава рубашки на богатырских руках, генерал стал умываться, брызгаясь и фыркая, как утка. Вода с мылом летела во все стороны.

   - Любят, любят, точно любят поощрение все,- сказал он, вытирая со всех сторон свою шею.-Погладь, погладь его! а ведь без поощрения так и красть не станет! Ха, ха, ха!

   Чичиков был в духе неописанном. Вдруг налетело на него вдохновенье. "Генерал весельчак и добряк - попробовать?"-подумал он и, увидя, что камердинер с лоханкой вышел, вскрикнул:

   - Ваше превосходительство! так как вы уже так добры ко всем и внимательны, имею к вам крайнюю просьбу.

   - Какую?

   Чичиков осмотрелся вокруг.

   - Есть, ваше превосходительство, дряхлый старичишка дядя. У него триста душ и две тысячи <?деся-тин> и, кроме меня, наследников никого. Сам управлять именьем, по дряхлости, не может, а мне не передает тоже. И какой странный приводит резон: "Я, говорит, племянника не знаю; может быть, он мот. Пусть он докажет мне, что он надежный человек: пусть приобретет прежде сам собой триста душ; тогда я ему отдам и свои триста душ".

   - Да что ж он, выходит, совсем дурак?-спросил <?генерал>.

   - Дурак бы еще пусть, это при нем бы и оставалось. Но положение-то мое, ваше превосходительство! У старикашки завелась какая-то ключница, а у ключницы дети. Того и смотри все перейдет им.

   - Выжил глупый старик из ума, и больше ничего,-сказал генерал.-Только я не вижу, чем тут я могу пособить? -говорил он, смотря с изумлением на Чичикова.

   - Я придумал вот что. Если вы всех мертвых душ вашей деревни, ваше превосходительство, передадите мне в таком виде, как бы они были живые, с совершень-ем купчей крепости, я бы тогда эту крепость представил старику, и он наследство бы мне отдал.

Источник: Библиотека Максима Мошкова