«Мертвые души. Том второй.»

Когда вошел Павел Иванович в отведенную комнату для спанья и, ложась в постель, пощупал животик свой: "Барабан!-сказал,- никакой городничий не взойдет!" Надобно <?же быть> такому стеченью обстоятельств, что за стеной был кабинет хозяина. Стена была тонкая, и слышалось все, что там ни говорилось. Хозяин заказывал повару, под видом раннего завтрака на завтрашний день, решительный обед. И как заказывал! У мертвого родился бы аппетит.

   - Да кулебяку сделан на четыре угла,-говорил он с присасыванием и забирая к себе дух.-В один угол положи ты мне щеки осетра да вязиги, в другой гречневой кашицы, да грибочков с лучком, да молок сладких, да мозгов, да еще чего знаешь там этакого, какого-нибудь там того... Да чтобы она с одного боку, понимаешь, подрумянилась бы, с другого пусти ее полегче. Да ис-подку-то, пропеки ее так, чтобы всю ее прососало, проняло бы так, чтобы она вся, знаешь, этак растого - не то чтобы рассыпалась, а истаяла бы во рту, как снег какой, так чтобы и не услышал.-Говоря это. Петух при-смактывал и подшлепывал губами.

   "Черт побери! не даст спать",-думал Чичиков и закутал голову в одеяло, чтобы не слышать ничего. Но и сквозь одеяло было слышно:

   - А в обкладку к осетру подпусти свеклу звездочкой, да снеточков, да груздочков, да там, знаешь, ре-пушки да морковки, да бобков, там чего-нибудь этакого, знаешь, того-растого, чтобы гарниру, гарниру всякого побольше. Да в свиной сычуг положи ледку, чтобы он вэбухнул хорошенько.

   Много еще Петух заказывал блюд. Только и раздавалось: "Да поджарь, да подпеки, да дай взопреть хорошенько!" Заснул Чичиков уже на каком-то индюке.

   На другой день до того объелись гости, что Платонов уже не мог ехать верхом. Жеребец был отправлен с конюхом Петуха. Они сели в коляску. Мордатый пес лениво пошел за коляской: он тоже объелся.

   - Это уже слишком,- сказал Чичиков, когда выехали они со двора.

   - А не скучает, вот что досадно! - сказал Платонов. "Было бы у меня, как у тебя, семьдесят тысяч в год доходу,- подумал Чичиков,- Да я бы скуку и на глаза к себе <?не допустил?". Вот откупщик Муразов,- легко сказать,-десять миллионов... Экой куш!"

   - Что, вам ничего заехать? Мне бы хотелось проститься с сестрой и с зятем.

   - С большим удовольствием,- сказал Чичиков.

   - Если вы охотник до хозяйства,-сказал Платонов,- то вам будет с ним интересно познакомиться. Уж лучше хозяина вы не сыщете. Он в десять лет возвел свое именье до <?того>, что вместо тридцати теперь получает двести тысяч.

   - Ах, да это, конечно, препочтеннын человек! Это преинтересно будет с этаким человеком познакомиться. Как же? Да ведь это сказать... А как по фамилии?

   - Костанжогло.

   - А имя и отчество, позвольте узнать?

   - Константин Федорович.

Источник: Библиотека Максима Мошкова