Мертвые души. Том первый. — Страница 122
Из буфета ли он вырвался,
или из небольшой зеленой гостиной, где производилась игра посильнее, чем в
обыкновенный вист, своей ли волею, или вытолкали его, только он явился
веселый, радостный, ухвативши под руку прокурора, которого, вероятно, уже
таскал несколько времени, потому что бедный прокурор поворачивал на все
стороны густые брови, как бы придумывая средство выбраться из этого
дружеского подручного путешествия. В самом деле, оно было невыносимо.
Ноздрев, захлебнув куражу в двух чашках чаю, конечно не без рома, врал
немилосердно. Завидев еще издали его, Чичиков решился даже на пожертвование,
то есть оставить свое завидное место и сколько можно поспешнее удалиться:
ничего хорошего не предвещала ему эта встреча. Но, на беду в это время
подвернулся губернатор, изъявивший необыкновенную радость, что нашел Павла
Ивановича, и остановил его, прося быть судиею в споре его с двумя дамами
насчет того, продолжительна ли женская любовь, или нет; а между тем Ноздрев
уже увидал его и шел прямо навстречу.
- А, херсонский помещик, херсонский помещик! - кричал он, подходя и
заливаясь смехом, от которого дрожали его свежие, румяные, как весенняя
роза, щеки. - Что? много наторговал мертвых? Ведь вы не знаете, ваше
превосходительство, - горланил он тут же, обратившись к губернатору, - он
торгует мертвыми душами! Ей-богу! Послушай, Чичиков! ведь ты, - я тебе
говорю по дружбе, вот мы все здесь твои друзья, вот и его превосходительство
здесь, - я бы тебя повесил, ей-богу повесил!
Чичиков просто не знал, где сидел.
- Поверите ли, ваше превосходительство, - продолжал Ноздрев, - как
сказал он мне: "Продай мертвых душ", - я так и лопнул со смеха. Приезжаю
сюда, мне говорят, что накупил на три миллиона крестьян на вывод: какие на
вывод! да он торговал у меня мертвых. Послушай, Чичиков, да ты скотина,
ей-богу скотина, вот и его превосходительство здесь, не правда ли, прокурор?
Но прокурор, и Чичиков, и сам губернатор пришли в такое замешательство,
что не нашлись совершенно, что отвечать, а между тем Ноздрев, нимало не
обращая внимания, нес полутрезвую речь:
- Уж ты, брат, ты, ты... я не отойду от тебя, пока не узнаю, зачем ты
покупал мертвые души. Послушай, Чичиков, ведь тебе, право, стыдно, у тебя,
ты сам знаешь, нет лучшего друга, как я. Вот и его превосходительство здесь,
не правда ли, прокурор? Вы не верите, ваше превосходительство, как мы друг к
другу привязаны, то есть, просто если бы вы сказали, вот, я тут стою, а вы
бы сказали: "Ноздрев! скажи по совести, кто тебе дороже, отец родной или
Чичиков?" - скажу: "Чичиков", ей-богу... Позволь, душа, я тебе влеплю один
безе. Уж вы позвольте, ваше превосходительство, поцеловать мне его.
...
Our pockets were full of deng, so there was no real need from the point
of view of crasting any more pretty polly to tolchock some old veck in an
alley and viddy him swim in his blood while we counted the takings and
divided by four, nor to do the ultra-violent on some shivering starry
grey-haired ptitsa in a shop and go smecking off with the till's guts. But,
as they say, money isn't everything.
The four of us were dressed in the height of fashion, which in those
days was a pair of black very tight tights with the old jelly mould, as we
called it, fitting on the crotch underneath the tights, this being to
protect and also a sort of a design you could viddy clear enough in a
certain light, so that I had one in the shape of a spider, Pete had a rooker
(a hand, that is), Georgie had a very fancy one of a flower, and poor old
Dim had a very hound-and-horny one of a clown's litso (face, that is). Dim
not ever having much of an idea of things and being, beyond all shadow of a
doubting thomas, the dimmest of we four. Then we wore waisty jackets without
lapels but with these very big built-up shoulders (`pletchoes' we called
them) which were a kind of a mockery of having real shoulders like that.
Then, my brothers, we had these off-white cravats which looked like
whipped-up kartoffel or spud with a sort of a design made on it with a fork.
We wore our hair not too long and we had flip horrorshow boots for kicking.
"What's it going to be then, eh?"
There were three devotchkas sitting at the counter all together, but
there were four of us malchicks and it was usually like one for all and all
for one. These sharps were dressed in the heighth of fashion too, with
purple and green and orange wigs on their gullivers, each one not costing
less than three or four weeks of those sharps' wages, I should reckon, and
make-up to match (rainbows round the glazzies, that is, and the rot painted
very wide)...
| Энтони Бёрджесс
«A Clockwork Orange»
|
| Оптина пустынь в жизни Гоголя
Да будет воля твоя: о причинах смерти Гоголя
Творчество Гоголя как явление
Великий русский писатель, Гоголь Николай Васильевич
Николай Васильевич Гоголь: семья и школа, приезд Гоголя в Петербург, первые поездки за границу
Все статьи
Автор в поэме Н.В.Гоголя «Мертвые души»
Знакомство Чичикова с городом NN
«Повесть о капитане Копейкине» — острый протест, доведенный до конца
Живая Россия в поэме Н. В. Гоголя «Мертвые души»
Галерея помещиков в поэме Н. В. Гоголя «Мертвые души»
Все рефераты и сочинения
Бласко Висенте Ибаньес
Шмуэль Йосеф Халеви Чачкес Агнон
Полный список электронных библиотек, созданных и поддерживаемых под эгидой Российской Литературной Сети представлен на страницах соответствующих разделов веб-сайта Rulib.net |
