Мертвые души. Том второй. — Страница 66
Откуда взялись они, бог весть, но в Петербурге не подгадили бы. Купцы, приказчики, ловко приподымая шляпы, запрашивали барыш. Редко где, видны были бородачи в меховых горлатных шапках. Все было европейского вида, с бритыми подбородками, все исчахлое > и с гнилыми зубами.
- "Пожалуйте, пожалуйста! Да уж извольте только взойти-с в лавку! Господин, господин!"-покрикивали кое-где мальчишки.
- Но уж на них с презрением смотрели познакомленные с Европой посредники; изредка только с чувством достоинства произносили: "Штакет", или: "Здесь сукны эибер, клер и черные".
- - Есть сукна брусничных цветов с искрой?-спросил Чичиков.
- - Отличные сукна,- сказал купец, приподнимая одной рукой картуз, а другой указывая на лавку.
- Чичиков взошел в лавку. Ловко приподнял < купец > доску стола и очутился на другой стороне его, спиною к товарам, вознесенным от низу до потолка, штука на штуке, и-лицом к покупателю. Опершись ловко обеими руками и слегка покачиваясь на них всем корпусом, произнес:
- - Каких сукон пожелаете?
- - С искрой оливковых или бутылочных, приближающихся, так сказать, к бруснике,-сказал Чичиков.
- - Могу сказать, что получите первейшего сорта, лучше которого только в просвещенных столицах можно найти. Малый! подай сукно сверху, что за тридцать четвертым номером. Да не то, братец! Что ты вечно выше своей сферы, точно пролетарий какой! Бросай его сюда. Вот суконцо! - И, разворотивши его с другого конца, купец поднес Чичикову к самому носу, так что тот мог не только погладить рукой шелковистый лоск, но даже и понюхать.
- - Хорошо, но все не то,- сказал Чичиков.- Ведь я служил на таможне, так мне высшего сорта, какое есть, и притом больше искрасна, не к бутылке, но к бруснике чтобы приближалось.
- - Понимаю-с: вы истинно желаете такого цвета, какой нонче в Петербурге <?в моду> входит. Есть у меня сукно отличнейшего свойства. Предуведомляю, что высокой цены, но и высокого достоинства.
- Европеец полез. Штука упала. Развернул он ее с искусством прежних времен, даже на время позабыв, что он принадлежит уже к позднейшему поколению, и поднес к свету, даже вышедши из лавки, и там его показал, при-щурясь к свету и сказавши: "Отличный цвет! Сукно наваринского дыму с пламенем".
- Сукно понравилось; о цене условились, хотя она и "с прификсом", как утверждал купец. Тут произведено было ловкое дранье обеими руками. Заворочено оно было в бумагу, по-русски, с быстротой неимоверной. Сверток завертелся под легкой бечевкой, охватившей его животрепещущим > узлом. Ножницы перерезали бечевку, и все было уже в коляске.
- - Покажите черного сукна,- раздался голос. "Вот, черт побери, Хлобуев",-сказал про себя Чичиков и поворотился, чтобы не видать его, находя неблагоразумным с своей < стороны > заводить с ним какое-либо объяснение насчет наследства.
... Это обидно. А с другой стороны, чем их жизнь хуже нашей жизни? И отчего же им не важничать, если мы позволяем себе важничать? Ну-ка, философ, разреши мне эту задачу! Что ж ты молчишь? А? - Что? - проговорил, встрепенувшись, Берсенев. - Что! - повторил Шубин. - Твой друг излагает перед тобою глубокие мысли, а ты его не слушаешь. - Я любовался видом. Посмотри, как эти поля горячо блестят на солнце! (Берсенев немного пришепетывал.) - Важный пущен колер, - промолвил Шубин, - Одно слово, натура! Берсенев покачал головой. - Тебе бы еще больше меня следовало восхищаться всем этим. Это по твоей части: ты артист. - Нет-с; это не по моей части-с, - возразил Шубин и надел шляпу на затылок. - Я мясник-с; мое дело - мясо, мясо лепить, плечи, ноги, руки, а тут и формы нет, законченности нет, разъехалось во все стороны... Пойди поймай! - Да ведь и тут красота, - заметил Берсенев. - Кстати, кончил ты свой барельеф? - Какой? - Ребенка с козлом. - К черту! к черту! к черту! - воскликнул нараспев Шубин. - Посмотрел на настоящих, на стариков, на антики, да и разбил свою чепуху. Ты указываешь мне на природу и говоришь: "И тут красота". Конечно, во всем красота, даже и в твоем носе красота, да за всякою красотой не угоняешься. Старики - те за ней и не гонялись; она сама сходила в их создания, откуда - бог весть, с неба, что ли. Им весь мир принадлежал; нам так широко распространяться не приходится: коротки руки. Мы закидываем удочку на одной точечке, да и караулим. Клюнет - браво! а не клюнет... Шубин высунул язык. - Постой, постой, - возразил Берсенев. - Это парадокс. Если ты не будешь сочувствовать красоте, любить ее всюду, где бы ты ее ни встретил, так она тебе и в твоем искусстве не дастся. Если прекрасный вид, прекрасная музыка ничего не говорят твоей душе, я хочу сказать, если ты им не сочувствуешь...
| «Накануне»
|
| Творчество Гоголя как явление
Розанов против Гоголя
Оптина пустынь в жизни Гоголя
Великий русский писатель, Гоголь Николай Васильевич
Да будет воля твоя: о причинах смерти Гоголя
Все статьи
Живая Россия в поэме Н. В. Гоголя «Мертвые души»
Гомеровские и дантовские мотивы в «Мертвых душах» Н. В. Гоголя
Автор в поэме Н.В.Гоголя «Мертвые души»
Изображение народа в поэме «Мертвые души»
Губернское общество в поэме Гоголя «Мертвые души»
Все рефераты и сочинения
Бласко Висенте Ибаньес
Шмуэль Йосеф Халеви Чачкес Агнон
Полный список электронных библиотек, созданных и поддерживаемых под эгидой Российской Литературной Сети представлен на страницах соответствующих разделов веб-сайта Rulib.net |