Гоголь Николай Васильевич. Литературные мемуары. Гоголь в воспоминаниях современников. (Часть Ii)

Вечер чтения он, также ошибочно,
отнес к 22 октября; оно, как удостоверяют сохраненные у меня письма, было 5
ноября.
Чтение "Ревизора" происходило во второй комнате квартиры гр. А. П.
Толстого, влево от прихожей, которая отделяла эту квартиру от помещения
самого Гоголя.
Стол, вокруг которого на креслах и стульях уселись слушатели, стоял
направо от двери, у дивана, против окон во двор. Гоголь читал, сидя на
диване. В числе слушателей были: С. Т. и И. С. Аксаковы, С. П. Шевырев, И.
С. Тургенев, Н. В. Берг и другие писатели, а также актеры М. С. Щепкин, П.
М. Садовский и Шуйский. Никогда не забуду чтения Гоголя. Особенно он
неподражаемо прочел монологи Хлестакова и Ляпкина-Тяпкина и сцену между
Бобчинским и Добчинским. "У вас зуб со свистом", -- произнес серьезно и
внушительно Гоголь, грозя кому-то глазами и даже пришептывая при этом, будто
и у него свистел зуб. Неудержимый смех слушателей изредка невольно прерывал
его. Высокохудожественное и оживленное чтение под конец очень утомило
Гоголя. Его сил как-то вообще хватало не надолго. Когда он дочитал
заключительную сцену комедии, с письмом, и поднялся с дивана, очарованные
слушатели долго стояли группами, вполголоса передавая друг другу свои
впечатления. Щепкин, отирая слезы, обнял чтеца и стал объяснять Шумскому, в
чем главные силы роли Хлестакова. Я подошел к С. Т. Аксакову и спросил его,
какое письмо он или его жена, по словам Бодянского, предполагали доставить
через меня в Малороссию?
-- Не мы, а вот Николай Васильевич имеет к вам просьбу, -- ответил С.
Т. Аксаков, указывая мне на Гоголя. -- Бодянский не понял слов моей жены,
ошибся. Нам поручили вас предупредить, если вы еще не уехали.
-- Да, -- произнес, обращаясь ко мне, Гоголь, -- повремените минуту; у
меня есть маленькая посылка в Петербург, к Плетневу, Я не знал вашего
адреса. Это вас не стеснит?
Я ответил, что готов исполнить его желание и остался. Когда все
разъехались, Гоголь велел слуге взять свечи со стола из комнаты, где было
чтение, и провел меня на свою половину. Здесь, в знакомом мне кабинете, он
предложил мне сесть, отпер конторку и вынул из нее небольшой сверток бумаг и
запечатанный сюргучом пакет.
-- Вы когда окончательно едете из Москвы? -- спросил он меня.
-- Завтра, уже взято место в мальпосте.
-- Отлично, это как раз устраивает мое дело. Не откажите, -- сказал
Гоголь, подавая мне пакет, -- если только вас не затруднит, вручить это
лично, при свидании, Петру Александровичу Плетневу.
Увидев надпись на пакете "со вложением", я спросил, не деньги ли здесь?
-- Да, -- ответил Гоголь, запирая ключом конторку, -- небольшой должок
Петру Александровичу. Мне бы не хотелось через почту.
Видя усталость Гоголя, я встал и поклонился, с целью уйти.