Мертвые души. Том первый. — Страница 102

- От кого? - сказал председатель и, распечатавши, воскликнул: - А! от
Плюшкина. Он еще до сих пор прозябает на свете. Вот судьба, ведь какой был
умнейший, богатейший человек! а теперь...
- Собака, - сказал Собакевич, - мошенник, всех людей переморил голодом.
- Извольте, извольте, - сказал председатель, прочитав письмо, - я готов
быть поверенным. Когда вы хотите совершить купчую, теперь или после?
- Теперь, - сказал Чичиков, - я буду просить даже вас, если можно,
сегодня, потому что мне завтра хотелось бы выехать из города; я принес и
крепости и просьбу.
- Все это хорошо, только, уж как хотите, мы вас не выпустим так рано.
Крепости будут совершены сегодня, а вы все-таки с нами поживите. Вот я
сейчас отдам приказ, - сказал он и отворил дверь в канцелярскую комнату, всю
наполненную чиновниками, которые уподобились трудолюбивым пчелам,
рассыпавшимся по сотам, если только соты можно уподобить канцелярским делам:
- Иван Антонович здесь?
- Здесь, - отозвался голос извнутри.
- Позовите его сюда!
Уже известный читателям Иван Антонович кувшинное рыло показался в зале
присутствия и почтительно поклонился.
- Вот возьмите, Иван Антонович, все эти крепости их...
- Да не позабудьте, Иван Григорьевич, - подхватил Собакевич, - нужно
будет свидетелей, хотя по два с каждой стороны. Пошлите теперь же к
прокурору, он человек праздный и, верно, сидит дома, за него все делает
стряпчий Золотуха, первейший хапуга в мире. Инспектор врачебной управы, он
также человек праздный и, верно, дома, если не поехал куда-нибудь играть в
карты, да еще тут много есть, кто поближе, - Трухачевский, Бегушкин, они все
даром бременят землю!
- Именно, именно! - сказал председатель и тот же час отрядил за ними
всеми канцелярского.
- Еще я попрошу вас, - сказал Чичиков, - пошлите за поверенным одной
помещицы, с которой я тоже совершил сделку, сыном протопопа отца Кирилла; он
служит у вас же.
- Как же, пошлем и за ним! - сказал председатель. - Все будет сделано,
а чиновным вы никому не давайте ничего, об этом я вас прошу. Приятели мои не
должны платить. - Сказавши это, он тут же дал какое-то приказанье Ивану
Антоновичу, как видно ему не понравившееся. Крепости произвели, кажется,
хорошее действие на председателя, особливо когда он увидел, что всех покупок
было почти на сто тысяч рублей. Несколько минут он смотрел в глаза Чичикову
с выраженьем большого удовольствия и наконец сказал:
- Так вот как! Этаким-то образом, Павел Иванович! так вот вы приобрели.
- Приобрел, - отвечал Чичиков.
- Благое дело, право, благое дело!
- Да я вижу сам, что более благого дела не мог бы предпринять. Как бы
то ни было, цель человека все еще не определена, если он не стал наконец
твердой стопою на прочное основание, а не на какую-нибудь вольнодумную
химеру юности.