«Мертвые души. Том первый.»

- Есть из чего сердиться! Дело яйца выеденного не стоит, а я стану
из-за него сердиться!
- Ну, да изволь, я готова отдать за пятнадцать ассигнацией! Только
смотри, отец мой, а насчет подрядов-то: если случится муки брать ржаной, или
гречневой, или круп, или скотины битой, так уж, пожалуйста, не обидь меня.
- Нет, матушка, не обижу, - говорил он, а между тем отирал рукою пот,
который в три ручья катился по лицу его. Он расспросил ее, не имеет ли она в
городе какого-нибудь поверенного или знакомого, которого бы могла
уполномочить на совершение крепости и всего, что следует.
- Как же, протопопа, отца Кирила, сын служит в палате, - сказала
Коробочка.
Чичиков попросил ее написать к нему доверенное письмо и, чтобы избавить
от лишних затруднений, сам даже взялся сочинить.
"Хорошо бы было, - подумала между тем про себя Коробочка, - если бы он
забрал у меня в казну муку и скотину. Нужно его задобрить: теста со
вчерашнего вечера еще осталось, так пойти сказать Фетинье, чтоб спекла
блинов; хорошо бы также загнуть пирог пресный с яйцом, у меня его славно
загибают, да и времени берет немного". Хозяйка вышла с тем чтобы привести в
исполнение мысль насчет загнутия пирога и, вероятно, пополнить ее другими
произведениями домашней пекарни и стряпни; а Чичиков вышел в гостиную, где
провел ночь, с тем чтобы вынуть нужные бумаги из своей шкатулки. В гостиной
давно уже было все прибрано, роскошные перины вынесены вон, перед диваном
стоял покрытый стол. Поставив на него шкатулку, он несколько отдохнул, ибо
чувствовал, что был весь в поту, как в реке: все, что ни было на нем,
начиная от рубашки до чулок, все было мокро. "Эк уморила как проклятая
старуха" - сказал он, немного отдохнувши, и отпер шкатулку. Автор уверен,
что есть читатели такие любопытные, которые пожелают даже узнать план и
внутреннее расположение шкатулки. Пожалуй, почему же не удовлетворить! Вот
оно, внутреннее расположение: в самой средине мыльница, за мыльницею
шесть-семь узеньких перегородок для бритв; потом квадратные закоулки для
песочницы и чернильницы с выдолбленною между ними лодочкой для перьев,
сургучей и всего, что подлиннее; потом всякие перегородки с крышечками и без
крышечек для того, что покороче, наполненные билетами визитными,
похоронными, театральными и другими, которые складывались на память. Весь
верхний ящик со всеми перегородками вынимался, и под ним находилось
пространство, занятое кипами бумаг в лист, потом следовал маленький
потаенный ящик для денег, выдвигавшийся незаметно сбоку шкатулки. Он всегда
так поспешно выдвигался и задвигался в ту же минуту хозяином, что наверно
нельзя сказать, сколько было там денег. Чичиков тут же занялся и, очинив
перо, начал писать.