«Мертвые души. Том первый.»

Попльвин, Кору - девица Зяблова, прочие лица были и того
менее замечательны; однако же он прочел их всех, добрался даже до цены
партера и узнал, что афиша была напечатана в типографии губернского
правления, потом переворотил на другую сторону: узнать, нет ли и там
чего-нибудь, но, не нашедши ничего, протер глаза, свернул опрятно и положил
в свой ларчик, куда имел обыкновение складывать все, что ни попадалось.
День, кажется, был заключен порцией холодной телятины, бутылкою кислых щей и
крепким сном во всю насосную завертку, как выражаются в иных местах
обширного русского государства.
Весь следующий день посвящен был визитам; приезжий отправился делать
визиты всем городским сановникам. Был с почтением у губернатора, который,
как оказалось, подобно Чичикову был ни толст, ни тонок собой, имел на шее
Анну, и поговаривали даже, что был представлен к звезде; впрочем, был
большой добряк и даже сам вышивал иногда по тюлю. Потом отправился к
вице-губернатору, потом был у прокурора, у председателя палаты, у
полицеймейстера, у откупщика, у начальника над казенными фабриками... жаль,
что несколько трудно упомнить всех сильных мира сего; но довольно сказать,
что приезжий оказал необыкновенную деятельность насчет визитов: он явился
даже засвидетельствовать почтение инспектору врачебной управы и городскому
архитектору. И потом еще долго сидел в бричке, придумывая, кому бы еще
отдать визит, да уж больше в городе не нашлось чиновников. В разговорах с
сими властителями он очень искусно умел польстить каждому. Губернатору
намекнул как-то вскользь, что в его губернию въезжаешь, как в рай, дороги
везде бархатные, и что те правительства, которые назначают мудрых
сановников, достойны большой похвалы.чиновники тоже, с своей
стороны, кто на обед, кто на бостончик, кто на чашку чаю.
О себе приезжий, как казалось, избегал много говорить; если же говорил,
то какими-то общими местами, с заметною скромностию, и разговор его в таких
случаях принимал несколько книжные обороты: что он незначащий червь мира
сего и не достоин того, чтобы много о нем заботились, что испытал много на
веку своем, претерпел на службе за правду, имел много неприятелей,
покушавшихся даже на жизнь его, и что теперь, желая успокоиться, ищет
избрать наконец место для жительства, и что, прибывши в этот город, почел за
непременный долг засвидетельствовать свое почтение первым его сановникам.
Вот все, что узнали в городе об этом новом лице, которое очень скоро не
преминуло показать себя на губернаторской вечеринке. Приготовление к этой
вечеринке заняло с лишком два часа времени, и здесь в приезжем оказалась
такая внимательность к туалету, какой даже не везде видывано.