Вечера на хуторе близ Диканьки, часть первая — Страница 22

"Ну
что, если не сбудется то, что говорил он? -- шептала она с
каким-то выражением сомнения. -- Ну что, если меня не выдадут?
если... Нет, нет; этого не будет! Мачеха делает все, что ей ни
вздумается; разве и я не могу делать того, что мне вздумается?
Упрямства-то и у меня достанет. Какой же он хороший! как чудно
горят его черные очи! как любо говорит он: Парасю, голубко! как
пристала к нему белая свитка! еще бы пояс поярче!.. пускай уже,
правда, я ему вытку, как перейдем жить в новую хату. Не подумаю
без радости, -- продолжала она, вынимая из пазухи маленькое
зеркало, обклеенное красною бумагою, купленное ею на ярмарке, и
глядясь в него с тайным удовольствием, -- как я встречусь тогда
где-нибудь с нею, --
ей ни за что не поклонюсь, хоть она себе тресни. Нет,
мачеха, полно колотить тебе свою падчерицу! Скорее песок
взойдет на камне и дуб погнется в воду, как верба, нежели я
нагнусь перед тобою! Да я и позабыла... дай примерять очипок,
хоть мачехин, как-то он мне придется!" Тут встала она, держа в
руках зеркальце, и, наклонясь к нему головою, трепетно шла по
хате, как будто бы опасаясь упасть, видя под собою вместо полу
потолок с накладенными под ним досками, с которых низринулся
недавно попович, и полки, уставленные горшками. "Что я, в самом
деле, будто дитя, -- вскричала она, смеясь, -- боюсь ступить
ногою". И начала притопывать ногами, все, чем далее, смелее;
наконец левая рука ее опустилась и уперлась в бок, и она пошла
танцевать, побрякивая подковами, держа перед собою зеркало и
напевая любимую свою песню:
Зелененький барвiночку,
Стелись низенько! А ти, милий, чорнобривий,
Присунься близенько!
Зелененький барвiночку,
Стелись щи нижче! А те, милий, чорнобривий,
Присунься ще ближче!
Черевик заглянул в это время в дверь и, увидя дочь свою
танцующею перед зеркалом, остановился. Долго глядел он, смеясь
невиданному капризу девушки, которая, задумавшись, не
примечала, казалось, ничего; но когда же услышал знакомые звуки
песни -- жилки в нем зашевелились; гордо подбоченившись,
выступил он вперед и пустился вприсядку, позабыв про все дела
свои. Громкий хохот кума заставил обоих вздрогнуть.
-- Вот хорошо, батька с дочкой затеяли здесь сами свадьбу!
Ступайте же скорее: жених пришел!
При последнем слове Параска вспыхнула ярче алой ленты,
повязывавшей ее голову, а беспечный отец ее вспомнил, зачем
пришел он.
-- Ну, дочка! пойдем скорее! Хивря с радости, что я продал
кобылу, побежала, -- говорил он, боязливо оглядываясь по
сторонам, -- побежала закупать себе плахт и дерюг всяких, так
нужно до приходу ее все кончить!
Не успела Параска переступить за порог хаты, как
почувствовала себя на руках парубка в белой свитке, который с
кучею народа выжидал ее на улице.