Мертвые души. Том первый. — Страница 59

Уже стул, которым он вздумал было защищаться, был
вырван крепостными людьми из рук его, уже, зажмурив глаза, ни жив ни мертв,
он готовился отведать черкесского чубука своего хозяина, и бог знает чего бы
ни случилось с ним; но судьбам угодно было спасти бока, плеча и все
благовоспитанные части нашего героя. Неожиданным образом звякнули вдруг, как
с облаков, задребезжавшие звуки колокольчика, раздался ясно стук колес
подлетевшей к крыльцу телеги, и отозвались даже в самой комнате тяжелый храп
и тяжкая одышка разгоряченных коней остановившейся тройки. Все невольно
глянули в окно: кто-то, с усами, в полувоенном сюртуке, вылезал из телеги.
Осведомившись в передней, вошел он в ту самую минуту, когда Чичиков не успел
еще опомниться от своего страха и был в самом жалком положении, в каком
когда-либо находился смертный.
- Позвольте узнать, кто здесь господин Ноздрев? - сказал незнакомец,
посмотревши в некотором недоумении на Ноздрева, который стоял с чубуком в
руке, и на Чичикова, который едва начинал оправляться от своего невыгодного
положения.
- Позвольте прежде узнать, с кем имею честь говорить? - сказал Ноздрев,
подходя к нему ближе.
- Капитан-исправник.
- А что вам угодно?
- Я приехал вам объявить сообщенное мне извещение, что вы находитесь
под судом до времени окончания решения по вашему делу.
- Что за вздор, по какому делу? - сказал Ноздрев.
- Вы были замешаны в историю, по случаю нанесения помещику Максимову
личной обиды розгами в пьяном виде.
- Вы врете! я и в глаза не видал помещика Максимова!
- Милостивый государь! позвольте вам доложить, что я офицер. Вы можете
это сказать вашему слуге, а не мне!
Здесь Чичиков, не дожидаясь, что будет отвечать на это Ноздрев, скорее
за шапку да по-за спиною капитана-исправника выскользнул на крыльцо, сел в
бричку и велел Селифану погонять лошадей во весь дух.

ГЛАВА ПЯТАЯ