Мертвые души. Том первый. — Страница 56

Какие-то маленькие пребойкие насекомые кусали его
нестерпимо больно, так что он всей горстью скреб по уязвленному месту,
приговаривая: "А, чтоб вас черт побрал вместе с Ноздревым!" Проснулся он
ранним утром. Первым делом его было, надевши халат и сапоги, отправиться
через двор в конюшню приказать Селифану сей же час закладывать бричку.
Возвращаясь через двор, он встретился с Ноздревым, который был также в
халате, с трубкою в зубах.
Ноздрев приветствовал его по-дружески и спросил, каково ему спалось.
- Так себе, - отвечал Чичиков весьма сухо.
- А я, брат, - говорил Ноздрев, - такая мерзость лезла всю ночь, что
гнусно рассказывать, и во рту после вчерашнего точно эскадрон переночевал.
Представь: снилось, что меня высекли, ей-ей! и, вообрази, кто? Вот ни за что
не угадаешь: штабс-ротмистр Поцелуев вместе с Кувшинниковым.
"Да, - подумал про себя Чичиков, - хорошо бы, если б тебя отодрали
наяву".
- Ей-богу! да пребольно! Проснулся: черт возьми, в самом деле что-то
почесывается, - верно, ведьмы блохи. Ну, ты ступай теперь одевайся, я к тебе
сейчас приду. Нужно только ругнуть подлеца приказчика.
Чичиков ушел в комнату одеться и умыться. Когда после того вышел он в
столовую, там уже стоял на столе чайный прибор с бутылкою рома. В комнате
были следы вчерашнего обеда и ужина; кажется, половая щетка не
притрогивалась вовсе. На полу валялись хлебные крохи, а табачная зола видна
даже была на скатерти. Сам хозяин, не замедливший скоро войти, ничего не
имел у себя под халатом, кроме открытой груди, на которой росла какая-то
борода. Держа в руке чубук и прихлебывая из чашки, он был очень хорош для
живописца, не любящего страх господ прилизанных и завитых, подобно цирюльным
вывескам, или выстриженных под гребенку.
- Ну, так как же думаешь? - сказал Ноздрев, немного помолчавши. - Не
хочешь играть на души?
- Я уже сказал тебе, брат, что не играю; купить - изволь, куплю.
- Продать я не хочу, это будет не по-приятельски. Я не стану снимать
плевы с черт знает чего. В бантик - другое дело. Прокинем хоть талию!
- Я уж сказал, что нет.
- А меняться не хочешь?
- Не хочу.
- Ну, послушай, сыграем в шашки, выиграешь - твои все. Ведь у меня
много таких, которых нужно вычеркнуть из ревизии. Эй, Порфирий, принеси-ка
сюда шашечницу.
- Напрасен труд, я не буду играть.
- Да ведь это не в банк; тут никакого не может быть счастия или фальши:
все ведь от искусства; я даже тебя предваряю, что я совсем не умею играть,
разве что-нибудь мне дашь вперед.
"Сем-ка я, - подумал про себя Чичиков, - сыграю с ним в шашки! В шашки
игрывал я недурно, а на штуки ему здесь трудно подняться".
- Изволь, так и быть, в шашки сыграю.
- Души идут в ста рублях!
- Зачем же? довольно, если пойдут в пятидесяти.