Мертвые души. Том первый. — Страница 85

Верно, спустил денежки, служа в
офицерах, или театральная актриса выманила, так вот он теперь и соболезнует!
Чичиков постарался объяснить, что его соболезнование совсем не такого
рода, как капитанское, и что он не пустыми словами, а делом готов доказать
его и, не откладывая дела далее, без всяких обиняков, тут же изъявил
готовность принять на себя обязанность платить подати за всех крестьян,
умерших такими несчастными случаями. Предложение, казалось, совершенно
изумило Плюшкина. Он, вытаращив глаза, долго смотрел на него и наконец
спросил:
- Да вы, батюшка, не служили ли в военной службе?
- Нет, - отвечал Чичиков довольно лукаво, - служил по статской.
- По статской? - повторил Плюшкин и стал жевать губами, как будто
что-нибудь кушал. - Да ведь как же? Ведь это вам самим-то в убыток?
- Для удовольствия вашего готов и на убыток.
- Ах, батюшка! ах, благодетель мой! - вскрикнул Плюшкин, не замечая от
радости, что у него из носа выглянул весьма некартинно табак, на образец
густого копия, и полы халата, раскрывшись, показали платье, не весьма
приличное для рассматриванья. - Вот утешили старика! Ах, господи ты мой! ах,
святители вы мои!.. - Далее Плюшкин и говорить не мог. Но не прошло и
минуты, как эта радость, так мгновенно показавшаяся на деревянном лице его,
так же мгновенно и прошла, будто ее вовсе не бывало, и лицо его вновь
приняло заботливое выражение Он даже утерся платком и, свернувши его в
комок, стал им возить себя по верхней губе.
- Как же, с позволения вашего, чтобы не рассердить вас, вы за всякий
год беретесь платить за них подать? и деньги будете выдавать мне или в
казну?
- Да мы вот как сделаем: мы совершим на них купчую крепость, как бы они
были живые и как бы вы их мне продали.
- Да, купчую крепость... - сказал Плюшкин, задумался и стал опять
кушать губами. - Ведь вот купчую крепость - все издержки. Приказные такие
бессовестные! Прежде, бывало, полтиной меди отделаешься да мешком муки, а
теперь пошли целую подводу круп, да и красную бумажку прибавь, такое
сребролюбие! Я не знаю, как священники-то не обращают на это внимание;
сказал бы какое-нибудь поучение: ведь что ни говори, а против слова-то божия
не устоишь.
"Ну, ты, я думаю, устоишь!" - подумал про себя Чичиков и произнес тут
же, что, из уважения к нему, он готов принять даже издержки по купчей на
свой счет.
Услыша, что даже издержки по купчей он принимает на себя, Плюшкин
заключил, что гость должен быть совершенно глуп и только прикидывается,
будто служил по статской, а, верно, был в офицерах и волочился за актерками.
При всем том он, однако ж, не мог скрыть своей радости и пожелал всяких
утешений не только ему, но даже и деткам его, не спросив, были ли они у
него, или нет.