Мертвые души. Том первый. — Страница 90

.. - здесь герой наш одну секунду, не более, подумал и сказал вдруг: -
это будет двадцать четыре рубля девяносто шесть копеек! - он был в
арифметике силен. Тут же заставил он Плюшкина написать расписку и выдал ему
деньги, которые тот принял в обе руки и понес их к бюро с такою же
осторожностью, как будто бы нес какую-нибудь жидкость, ежеминутно боясь
расхлестать ее. Подошедши к бюро, он переглядел их еще раз и уложил, тоже
чрезвычайно осторожно, в один из ящиков, где, верно, им суждено быть
погребенными до тех пор, покамест отец Карп и отец Поликарп, два священника
его деревни, не погребут его самого, к неописанной радости зятя и дочери, а
может быть, и капитана, приписавшегося ему в родню. Спрятавши деньги,
Плюшкин сел в кресла и уже, казалось, больше не мог найти материи, о чем
говорить.
- А что, вы уж собираетесь ехать? - сказал он, заметив небольшое
движение, которое сделал Чичиков для того только, чтобы достать из кармана
платок.
Этот вопрос напомнил ему, что в самом деле незачем более мешкать.
- Да, мне пора! - произнес он, взявшись за шляпу.
- А чайку?
--Нет, уж чайку пусть лучше когда-нибудь в другое время.
- Как же, а я приказал самовар. Я, признаться сказать, не охотник до
чаю: напиток дорогой, да и цена на сахар поднялась немилосердная. Прошка! не
нужно самовара! Сухарь отнеси Мавре, слышишь: пусть его положит на то же
место, или нет, подай его сюда, я ужо снесу его сам. Прощайте, батюшка, да
благословит вас бог, а письмо-то председателю вы отдайте. Да! пусть прочтет,
он мой старый знакомый. Как же! были с ним однокорытниками!
Засим это странное явление, этот съежившийся старичишка проводил его со
двора, после чего велел ворота тот же час запереть, потом обошел кладовые, с
тем чтобы осмотреть, на своих ли местах сторожа, которые стояли на всех
углах, колотя деревянными лопатками в пустой бочонок, наместо чугунной
доски; после того заглянул в кухню, где под видом того чтобы попробовать,
хорошо ли едят люди, наелся препорядочно щей с кашею и, выбранивши всех до
последнего за воровство и дурное поведение, возвратился в свою комнату.
Оставшись один, он даже подумал о том, как бы ему возблагодарить гостя за
такое в самом деле беспримерное великодушие. "Я ему подарю, - подумал он про
себя, - карманные часы: они ведь хорошие, серебряные часы, а не то чтобы
какие-нибудь томпаковые или бронзовые; немножко поиспорчены, да ведь он себе
переправит; он человек еще молодой, так ему нужны карманные част, чтобы
понравиться своей невесте! Или нет, - прибавил он после некоторого
размышления, - лучше я оставлю их ему после моей смерти, в духовной, чтобы
вспоминал обо мне".
Но герой наш и без часов был в самом веселом расположении духа. Такое
неожиданное приобретение было сущий подарок.