Размышления о Божественной Литургии — Страница 20

Если же служенье совершается собором, при множестве иереев и
диаконов, то один несет дискос, другой - Чашу, третий - святую ложку,
которою приобщаются, четвертый - копье, прободшее Св. Тело. Все
принадлежности выносятся, даже самая губка, которою собирались крупицы
Святого Хлеба на дискос и которая образует ту губу, омоченную в уксуси
желчь, ею же напоили люди Творца своего. При пеньи Херувимской песни,
подобясь небесным силам, выступает сей торжественный ход, называемый Великим
Выходом.
При виде Царя всех, несомого в смиренном виде Агнца, лежащего на
дискосе, как бы на щите, окруженного орудиями земных страданий, как бы
копьями несчетных невидимых воинств и чиноначалий, все долу преклоняют свои
главы и молятся словами разбойника, завопившего к Нему на кресте: Помяни мя.
Господи, егда приидеши во Царствии Своем. Посреди храма останавливается весь
ход. Священник пользуется сей великой минутой, чтобы в присутствии несущих
Дары помянуть пред Господом имена всех христиан, начиная с тех, кому трудней
и священней достались обязанности, от исполнения которых зависит счастье
всех и собственное спасенье душ их, - заключая словами: Вас и всех
православных христиан да помянет Господь Бог во Царствии Своем всегда, ныне,
и присно, и во веки веков. Певцы оканчивают Херувимскую песнь троекратным
пеньем: Аллилуйя, возвещающим вечное хожденье Господне. Ход вступает в
царские врата. Впереди всех вшедший в олтарь диакон, остановившись по правую
сторону дверей, встречает священника словами: Да помянет Господь Бог
священство твое во Царствии Своем. Священник ответствует ему: Да помянет
Господь Бог священнодиаконство твое во Царствие Своем, всегда, ныне, и
присно, и во веки веков! И поставляет Святую Чашу и Хлеб, представляющий
Тело Христово, на престол, как бы на гроб. Врата царские затворяются, как бы
двери Гроба Господня; занавесь над ними задергивается, как кустодия,
поставленная на страже. Иерей снимает с главы диакона святой дискос, как бы
он снимал Тело Спасителя со креста, поставляет его на расстланный антиминс
как бы на плащаницу и сопровождает сие действие словами: Благообразный
Иосиф, с древа снем Пречистое Твое Тело, плащаницею чистою обвив и
благоуханьми во гробе нове закрыв, положи. И вспоминая вездесущность Того,
Кто теперь лежит пред ним во гробе, говорит в себе: Во гробе Ты был плотски,
во аде с душою, как Бог, в раю с разбойником и в то же время на престоле с
Отцем и Духом, Христос, все Собой исполняли, неописанный! И, вспоминая
славу, в которую облекся сей гроб, говорит: Как живоносец, как воистину
краснейший рая и как светлейший всякого царскаго чертога, явился нам Твой
гроб, Христе, источник всякого воскресенья.