Размышления о Божественной Литургии — Страница 14
Лик ответствует: и духови твоему. Диакон возглашает: Премудрость!
Лик гремит: аллилуйя, возвещающее приближенье Господа, идущего говорить
народу устами Евангелия.
С кадильницей в руке идет диакон исполнить благоуханьем храм, навстречу
идущего Господа, напоминая кажденьем о духовном очищеньи душ наших, с каким
должны мы внимать благоуханным словом Евангелия. Священник в олтаре молится
внутренней молитвой, чтобы воссиял в сердцах наших свет Божественного
благоразумия, и отверзлись бы наши мысленные очи в уразумение евангельских
проповеданий. О воссияньи того же света в сердцах своих молится внутренне
собранье, приготовляясь к слушанью. Испросив благословенья от иерея, получа
от него в напутствие: Бог молитвами всесвятаго, всехвалънаго апостола и
евангелиста (именуется его имя), да даст тебе глагол благовествующему силою
многою, во исполнение Евангелия, Возлюбленного Сына Своего, Господа нашего
Иисуса Христа, диакон восходит на амвон, предшествуемый несомым
светильником, знаменующим всепросвещающий свет Христов. Священник в олтаре
возглашает к собранью: Премудрость! Прости, услышим Святого Евангелия! Мир
всем! Лик ответствует: и духови твоему. Диакон начинает чтение.
Благоговейно преклонив главы, как бы внимая Самому Христу, говорящему с
амвона, все стараются принять сердцами семя Святого слова, которое устами
служителя сеет Сам Сеятель Небесный, - не теми сердцами, которых уподобляет
Спаситель земле при пути, на которую хоть и упадают семена, но тут же бывают
расхищены птицами - налетающими злыми помышлениями; - не теми также
сердцами, которых уподобляет Он каменистой почве, только сверху прикрытой
землею, которые хоть и охотно приемлют слово, но слово не водружает глубоко
корня, ибо нет глубины сердечной; - и не теми также сердцами, которые
уподобляет Он неочищенной земле, глушимой тернием, на которой хоть дает семя
всходы, но быстро вырастающие тут же вместе с ними терния, - терния трудов и
забот века, терния обольщений, бесчисленные обаяния светской умерщвляющей
жизни с ее обманчивыми удобствами, заглушают едва поднявшиеся всходы - и
семя остается без плода; - но теми приемлющими сердцами, которых уподобляет
Он доброй почве, дающей плод - ово сто, ово шестьдесят, ово тридесят, -
которые все, принятое в себя, по выходе из церкви, возвращают в домах, в
семье, в службе, в труде, в отдохновеньях, в увеселеньях, с людьми в беседах
и наедине с самим собою.
... На полу зеленела трава, а через одно из окон сумела проникнуть березка. Крайняя левая каморка составляла владения крота Эйнара, усыновившего наше семейство, в остальных помещениях царствовали лесные мыши. Комнатку с березой одно время оккупировала сова, но, к сожалению, она переехала. В самой просторной каморке хозяйничала одичавшая рыжая кошка с шестью котятами. Мать была единственным человеком, который осмеливался приближаться к этой злобной твари. Мать обладала особой способностью общаться с цветами и животными и яростно защищала наш зверинец от всяких нехороших поползновений со стороны Лаллы и Май, живших в двух центральных каморках. Лалла была нашим шеф-поваром, а Май - всем понемножку. О них я расскажу подробнее чуть позже.
Весь этот строительный комплекс дополнялся чересчур большим, но ветхим нужником, некрашеные стены которого возвышались на самой опушке леса. Нужник вмещал четырех испражняющихся; через незастекленное окошко в двери открыв алея величественный видна Дуфнес, излучину реки и железнодорожный мост. Дырки отличались по величине: большая, поменьше, маленькая и крохотулечка. Снизу в задней стене была отдушина с полуразвалившейся и потому не закрывавшейся дверцей. Когда Май и Линнеа посещали заведение, чтобы чуток поболтать и скоренько справить малую нужду, мы с братом брали первые уроки по женской анатомии. Смотрели и балдели. Никто и пальцем не пошевелил, чтобы застукать нас за этим занятием. Но нам и в голову не приходило изучать снизу отца, мать или громадную тетю Эмму. В детской тоже существуют свои негласные табу.
Обстановка в большом доме была разномастная. В первое лето мать набила целый вагон мебелью из городской пасторской усадьбы. Бабушкин вклад состоял из отдельных предметов, хранившихся на чердаке и в подвале дачи в Воромсе. Мать пораскинула мозгами, сшила занавеси, соткала ковер и сумела-таки приручить эту груду разнокалиберных и враждебных друг другу элементов, заставив их жить в мире. Комнаты, насколько я помню, дышали уютом. В общем-то, мы чувствовали себя гораздо лучше в примечательном творении пастора Дальберга, чем в шикарном, изысканном бабушкином Воромсе, находившемся в пятнадцати минутах ходьбы через лес...
| Бергман Ингмар
«Воскресный ребенок»
|
| А. Воронский. Гоголь
Николай Васильевич Гоголь: предвестники душевного расстройства, неожиданное крушение, печальный конец
Да будет воля твоя: о причинах смерти Гоголя
Фантастическое в ранней прозе Н.В.Гоголя
Путь в воскресению
Все статьи
Какова роль вещей в сатирическом изображении Гоголя
«Вечера на хуторе близ Диканьки»
Жанрово-композиционное своеобразие поэмы Н. В. Гоголя «Мертвые души»
Изображение народа в поэме «Мертвые души»
«До чего же Россия грустна…» по поэме «Мертвые души» Н. В. Гоголя
Все рефераты и сочинения
Бласко Висенте Ибаньес
Шмуэль Йосеф Халеви Чачкес Агнон
Полный список электронных библиотек, созданных и поддерживаемых под эгидой Российской Литературной Сети представлен на страницах соответствующих разделов веб-сайта Rulib.net |
