Вечера на хуторе близ Диканьки, часть вторая — Страница 21

Вакула уставил на него глаза, как будто бы на лбу его
написано было изъяснение этих слов. "Что он говорит ?" --
безмолвно спрашивала его мина; а полуотверстый рот готовился
проглотить, как галушку, первое слово. Но Пацюк молчал.
Тут заметил Вакула, что ни галушек, ни кадушки перед ним
не было; но вместо того на полу стояли две деревянные миски:
одна была наполнена варениками, другая сметаною. Мысли его и
глаза невольно устремились на эти кушанья. "Посмотрим, --
говорил он сам себе, -- как будет есть Пацюк вареники.
Наклоняться он, верно, не захочет, чтобы хлебать, как галушки,
да и нельзя: нужно вареник сперва обмакнуть в сметану".
Только что он успел это подумать, Пацюк разинул рот,
поглядел на вареники и еще сильнее разинул рот. В это время
вареник выплеснул из миски, шлепнул в сметану, перевернулся на
другую сторону, подскочил вверх и как раз попал ему в рот.
Пацюк съел и снова разинул рот, и вареник таким же порядком
отправился снова. На себя только принимал он труд жевать и
проглатывать.
"Вишь, какое диво!" -- подумал кузнец, разинув от
удивления рот, и тот же час заметил, что вареник лезет и к нему
в рот и уже выказал губы сметаною. Оттолкнувши вареник и
вытерши губы, кузнец начал размышлять о том, какие чудеса
бывают на свете и до каких мудростей доводит человека нечистая
сила, заметя притом, что один только Пацюк может помочь ему.
"Поклонюсь ему еще, пусть растолкует хорошенько... Однако что
за черт! ведь сегодня голодная кутья, а он ест вареники,
вареники скоромные! Что я, в самом деле, за дурак, стою тут и
греха набираюсь! Назад!" И набожный кузнец опрометью выбежал из
хаты.
Однако ж черт, сидевший в мешке и заранее уже
радовавшийся, не мог вытерпеть, чтобы ушла из рук его такая
славная добыча. Как только кузнец опустил мешок, он выскочил из
него и сел верхом ему на шею.
Мороз подрал по коже кузнеца; испугавшись и побледнев, не
знал он, что делать; уже хотел перекреститься... Но черт,
наклонив свое собачье рыльце ему на правое ухо, сказал:
-- Это я -- твой друг, все сделаю для товарища и друга!
Денег дам сколько хочешь, -- пискнул он ему в левое ухо. --
Оксана будет сегодня же наша, -- шепнул он, заворотивши свою
морду снова на правое ухо.
Кузнец стоял, размышляя.
-- Изволь, -- сказал он наконец, -- за такую цену готов
быть твоим!
Черт всплеснул руками и начал от радости галопировать на
шее кузнеца. "Теперь-то попался кузнец!-- думал он про себя, --
теперьто я вымещу на тебе, голубчик, все твои малеванья и
небылицы, взводимые на чертей! Что теперь скажут мои товарищи,
когда узнают, что самый набожнейший из всего села человек в
моих руках?" Тут черт засмеялся от радости, вспомнивши, как
будет дразнить в аде все хвостатое племя, как будет беситься
хромой черт, считавшийся между ними первым на выдумки.